5 поразительных открытий, проливающих свет на человеческую сущность
"Любой дурак может знать. Дело в том, чтобы понять".
– Альберт Эйнштейн
Мудрость рождается не из накопления информации. Во всяком случае, когда мы просто собираем знания, не обдумывая их, мы как будто пьём морскую воду: чем больше мы выпиваем, тем сильнее становится наша жажда, и тем хуже мы себя чувствуем. Вы можете чувствовать и действовать "с умом", но у вас нет ощущения глубинной внутренней мудрости.
Потоки информации непрерывно и безжалостно обрушиваются на нас со всех сторон. И здесь мне вспоминается суфийская притча о мудреце Насреддине:
Однажды знаменитый повар угостил Насреддина жареной печенью. Ходже Насреддину так понравилось это блюдо, что он попросил у повара рецепт и тщательно записал его на листе бумаги. Затем он пошёл на рынок и купил два фунта свежей печени.
По дороге домой большая птица выхватила печень у него из рук и улетела.
"Ну, ты можешь взять мясо", - сказал он, с иронией глядя ей вслед. – "Скажи, а что ты будешь делать без рецепта?".
Эту историю можно интерпретировать так: без "рецепта" понимания целостных и связных моделей этой жизни мы ничем не лучше той жадной птицы – тут и там выхватываем, что можем, не получая устойчивого обогащения от того, что мы нахватали.
Отдельные факты могут сверкать россыпью звёзд, но, если мы не объединим из в созвездия, они не укажут нам путь.
Мудрость отчасти представляет собой сортировку – размещение каждого кусочка знания в более масштабной картине. Иногда это происходит моментально и интуитивно в рамках того, что можно назвать правополушарным способом познания. Это тот вид понимания, который даже может выйти за рамки слов и описаний.
Философ Сёрен Кьеркегор описал это так: "Жизнь можно понять, только оглядываясь назад, но прожить её нужно, глядя вперёд".
В этой эпизодической серии статей я беру пять примеров психологических исследований и задаюсь вопросом: как это можно организовать в модель, проливающую свет на человеческую сущность и состояния? Могут ли они помочь нам отличить сигнал от шума, музыку – от статических помех?
Сами по себе результаты исследований похожи на кусочки паззла, громоздящиеся кучей на полу. Они обретают значение лишь тогда, когда мы охватываем взглядом полную картину, состоящую из этих кусочков.
И какие кусочки мы будем встраивать в психологический паззл на этот раз?
В этом месяце мы выясним:
Почему слушание может стать самым мощным лекарством;
Какие ключевые социальные факторы втройне повышают риски развития долгого COVID;
Почему так трудно избавиться от стыда и чувства вины;
Как депрессия делает нашу жизнь бессмысленной и лишает нас контроля;
Как гипноз может в разы упростить сложную задачу.
Исследование № 1: почему слушание может стать самым мощным лекарством
В здравоохранении умение слушать – это больше, чем вежливость. Это способ исцеления. В недавно опубликованной статье утверждается, что "ценностное слушание", основанное на присутствии, любопытстве и сострадании, может укрепить доверие и улучшить уход. Когда мы действительно слушаем, мы не просто делаем заметки; мы даём пациенту ощущение того, что его видят и понимают, и это чувство может трансформировать не только индивидуальное взаимодействие, но и саму культуру ухода и заботы как таковую.
В этой статье приведён поразительный пример: в норвежском доме престарелых медбрат спросил пациента о том, что может улучшить его день. Тот попросил принести голубую рубашку – одну из любимых рубашек его покойной жены. И эта просьба как будто открыла двери памяти. Пациент захотел поделиться воспоминаниями о жене и начал налаживать связи с другими людьми. Это была его первая попытка вовлечься в социальную жизнь учреждения. Берри назвал это настоящим прорывом – не медицинским, но глубоко человеческим. И этот случай ярко демонстрирует то, как небольшие эпизоды слушания могут разжечь искры всеобъемлющих целительных моментов.
Авторы описали шесть подходов к слушанию, которые могут повысить эффективность заботы: это физическое присутствие; вопросы, исполненные искреннего любопытства; завоевание доверия; создание пространства, в котором поощряется открытость; и расширение возможностей как пациента, так и персонала, что повышает психическую устойчивость лиц, осуществляющих уход. И в каждом подходе подчеркивается то, что слушание не является опциональным – это обязательный элемент.
Берри с коллегами утверждают, что проявления доброты в сфере заботы о здоровье могут начинаться со слушания, потому что способность действительно слушать друг друга (это касается и пациентов, и других сотрудников) позволяет принимать лучшие решения, укрепляет отношения и повышает степень гуманизма в сфере здравоохранения.
Мои комментарии
"Он просто не слышит меня!".
Ощущение (и реальность) того, что нас просто не слышат, вредно в любом контексте (подумайте о романтических и дружеских отношениях). Но, когда медицинский специалист не уделяет вам должного внимания, вы начинаете чувствовать себя просто телом, доставляющим неудобства людям, прикованным к вам в силу профессии.
Человеческая связанность – качественный обмен вниманием – жизненно важна не только для физического и психического здоровья, но и для исцеления. И, напротив, отсутствие реального внимания, получаемого вами в ответ (вспомните наших мастеров политики), вызывает недовольство, гнев и ощущение одиночества, а также может привести к появлению многих других проблем.
Нам всем нужно больше слушать других людей. Уделять им реальное внимание. Говорить друг с другом, а не в сторону друг друга.
Врождённая человеческая потребность в обмене вниманием – это не роскошь, а фундаментальная необходимость.
И следующее исследование ярко демонстрирует то, как социальная связанность может ускорить физическое исцеление и сделать его более полным.
Исследование № 2: какие ключевые социальные факторы втройне повышают риски развития долгого COVID
Общенациональное исследование, проведённое американской системой здравоохранения Mass General Brigham, показало, что финансовые трудности, пищевая небезопасность, ограниченный доступ к здравоохранению и другие социальные проблемы в два или три раза повышают риски развития долгого COVID.
В исследовании использовались данные, полученные от более чем 3 700 взрослых в рамках Исследования COVID для ускорения выздоровления, проводимого Национальным институтом здоровья США (NIH’s RECOVER Initiative), и его результаты демонстрируют глубинное влияние социальных условий на долгосрочный исход в плане здоровья.
Даже после учёта таких факторов, как возраст, госпитализация, вакцинация, а также раса или этническая принадлежность, связи остаются существенными. То есть, чем больше у участника социальных рисков, тем выше вероятность развития длительного COVID.
Мои комментарии
Конечно же, прямое влияние ограниченного доступа к медицине и еде на состояние здоровья является вполне ожидаемым. Но я думаю, что всё это уходит куда глубже. Постоянный стресс напрямую связан с ослаблением иммунитета, а низкий социальный статус коррелирует с большим количеством психических и физических проблем, а также с более высоким показателем смертности. Изоляция и ощущение одиночества тоже плохо сказывается на человеческом здоровье.
В справедливом обществе должны быть предусмотрены средства помощи тем, кому меньше повезло в этой жизни, и оно должно принимать во внимание психологические аспекты исцеления и здоровья в целом (всё это, конечно же, связано с исследованием № 1).
Все эмоции влияют на наше физическое состояние и со временем отражаются не только на нашем здоровье, но и на характеристиках нашей личности – то есть формируют тех, кто мы есть. Если мы - то, что мы постоянно делаем, то мы, возможно, становимся той эмоцией, которую мы чаще всего переживаем.
Для примера давайте возьмем стыд и чувство вины.
Исследование № 3: почему так трудно избавиться от стыда и чувства вины
Результаты недавнего исследования, проведённого в Университете Флиндерса, предлагают ценные озарения по поводу того, почему нам так трудно простить самих себя, несмотря на все полезные преимущества прощения для психического здоровья.
Выяснилось, что люди, попавшие в ловушку стыда и чувства вины, вновь и вновь проигрывают в сознании прошлые ошибки так, как будто это произошло совсем недавно, а те, кому удалось простить себя, принимают свои прошлые ограничения, концентрируются на будущем и восстанавливают связь с личными ценностями.
Ведущий автор, профессор Лидия Вудиатт, уточняет, что простить себя – не значит забыть проступок. Здесь речь идёт скорее об облегчении эмоциональной ноши события, о переходе от "моральной поломки" к "моральному ремонту" через восстановление ощущения самостоятельности, свободы воли и принадлежности.
Исследователи подчёркивают, что прощение самого себя – это постепенный процесс, требующий рефлексии и поддержки, и их открытия окажутся очень полезными для реабилитации и заботы о психическом здоровье в целом.
Мои комментарии
В первую очередь нам нужно разграничить стыд и чувство вины. Эти термины часто используют взаимозаменяемо, но на самом деле здесь есть тонкие различия.
Стыд – это болезненное ощущение собственной ущербности или ничтожности, это концентрация на себе. Это скорее чувство вида "я плохой по своей сути". Здесь нет логики или даже осознания события. С другой стороны, чувство вины – это осознание вида "я сделал что-то плохое", концентрация на специфическом поступке, который идёт вразрез с нашими ценностями.
Конечно же, стыд и чувство вины могут сопровождать друг друга, и эти чувства часто переплетаются у людей с низкой самооценкой.
Иногда в работе с клиентами я помогаю им исследовать функции этих эмоций. Это создаёт некоторую дистанцию и позволяет сделать первый шаг к проработке этих чувств.
Чувство вины появляется для того чтобы заставить нас вести себя лучше в будущем. Чувство стыда как будто пытается сделать нас лучше. Полное отсутствие этих чувств или неспособность их испытывать в каком-то смысле лишает нас способности совершенствоваться и меняться к лучшему. И это может стать мощным рефреймом для тех клиентов, которые почему-то уверены в том, что эти эмоции могут быть только неадаптивными и неадекватными.
Далее мы можем выяснить, как много стыда и чувства вины необходимо нам на самом деле, когда эти эмоции служат своей законной цели (и, конечно же, когда они изначально являются справедливыми и обоснованными).
Исследователи выяснили, что стыд и чувство вины чаще становятся проблемой, когда они привязаны к воспоминаниям, не желающим таять, когда мы переживаем их снова и снова, как будто это случилось совсем недавно. И эти выводы совершенно не удивительны.
Когда мы травмированы, мы возбуждены до предела, до той точки, на которой мы переходим в режим перегрузки, и наши чувственные впечатления "попадают в ловушку" амигдалы – то есть травмирующие воспоминания "застревают" в мозге. Эти воспоминания не тают и не блекнут так, как это делают "нормальные" воспоминания. Они всегда кажутся яркими, живыми и недавними. На самом деле без "детравматизации" травмирующие воспоминания вряд ли будут переработаны, независимо от того, как давно это случилось.
И когда мы проверяем наличие травмы у нашего клиента, одним из самых верных индикаторов являются слишком "живые" воспоминания – как будто это произошло совсем недавно. Если клиент испытывает тревогу и чувствует себя просто ужасно, вспоминая какое-то событие, и эти чувства почти так же сильны, как в тот момент, нам, скорее всего, нужно устранить из этого воспоминания обусловленность – так, чтобы оно превратилось в обычное "нарративное" воспоминание и получило возможность поблекнуть и растаять, подобно всем остальным.
Если клиент снова и снова проигрывает в сознании проблемное воспоминание, мы можем помочь ему создать новый нарратив по поводу той ситуации – так, чтобы этот эпизод больше не причинял страданий и не высасывал силы. Мы даже можем использовать специальные техники переработки воспоминаний.
Краеугольный камень хорошего психического здоровья – это осознание наличия контроля над самим собой и собственной жизнью, как минимум в какой-то степени. И следующее исследование проливает свет на то, как депрессия может убить это ощущение контроля, такое важное для каждого из нас.
Исследование № 4: как депрессия делает нашу жизнь бессмысленной и лишает нас контроля
Людям с депрессией часто кажется, что они не способны контролировать свою жизнь, что со временем формирует ощущение беспомощности или безнадёжности. Результаты данного исследования позволяют предположить, что эти чувства могут быть связаны с особенностями восприятия времени и окружающей среды, характерными для депрессии.
В ходе экспериментов, проведенных доктором Рейчел Мсетфи и доктором Робином Мёрфи, участники тестировали виртуальное дистанционное управление с варьирующейся надёжностью. Здоровые добровольцы часто переоценивали степень своего контроля, тогда как участники с депрессией чувствовали меньше контроля.
Мои комментарии
Это исследование проливает свет на более масштабную истину о человеческой природе: по большей части наше ощущение благополучия связано с тем, как мы воспринимаем степень контроля в своей жизни.
Да, для депрессии характерны разнообразные когнитивные искажения, но результаты данного исследования позволяют предположить, что депрессивный эпизод подпитывается не просто иррациональным мышлением, но изменённым восприятием – нашей манерой проживания текущей реальности и нашим отношением к окружающей среде.
Ранее было доказано, что депрессия меняет восприятие времени, как будто замедляя его ход и усиливая чувствительность к намёкам, исходящим из окружающей среды. Это обострённое осознание факторов, выходящих за рамки персонального контроля, в сочетании с ощущением того, что с нами "происходит что-то плохое", может подпитывать ощущение беспомощности.
Человек разумный совершенно естественным образом ищет модели в причинах и следствиях, и, когда эти связи являются явными и очевидными, мы чувствуем себя более способными и защищёнными.
Но, когда эти связи неясны, а само время кажется растянутым и неопределённым, наше восприятие контроля ослабевает, подпитывая тревогу и отчаяние. При наличии депрессии этот тонкий сдвиг в способе обработки времени и контекста усиливает ощущение беспомощности. Психическое здоровье – это не просто умение "мыслить позитивно". Здесь всё зависит от глубоко укоренившихся когнитивных процессов и моделей восприятия.
Мы можем видеть эту динамику в повседневной жизни. Когда человек ждёт ответа работодателя после собеседования, минуты могут казаться часами, и с каждым прошедшим днём ему всё легче интерпретировать отсутствие отклика как отказ.
Точно так же у человека, который заботится о родственнике с хроническим заболеванием, может развиться гипер-осознание малейших изменений в симптомах, и у него может сформироваться ощущение бессилия, несмотря на то, что он делает всё возможное.
В обоих случаях наше восприятие времени и интерпретация намёков из окружающей среды формирует не только наше настроение, но и само ощущение самостоятельности и свободы воли.
Такое понимание депрессии связывает индивидуальное переживание с универсальной человеческой борьбой: потребностью урегулировать и примирить то, что мы можем контролировать, с тем, что находится за пределами нашего контроля. Также всё это объясняет эффективность таких подходов, как развитие осознанности.
Переключение внимания на настоящий момент усмиряет внутренние бури, нормализует восприятие времени и позволяет восстановить баланс, напоминая нам: несмотря на то, что мы не можем контролировать абсолютно всё, мы можем по-другому встречать поток переживаний и опыта.
Гипноз также может помочь клиентам перенастроить свой способ восприятия реальности.
Исследование № 5: как гипноз может в разы упростить сложную задачу
Давно известно о том, что гипноз может вызвать яркие и живые чувственные галлюцинации, но не так уж и просто доказать это с научной точки зрения.
Недавно в журнале "Психологическая наука" (Psychological Science) были опубликованы результаты одного исследования, которые доказывают, что гипнотическое внушение может изменить восприятие у "талантливых" субъектов гипноза, позволяя им "увидеть" вещи, которых нет в реальности, и использовать эту воображаемую информацию для решения сложнейших визуальных головоломок.
В этом исследовании участники выполняли трудное визуальное задание: они наблюдали за движущимися формами, частично скрытыми из вида, и им нужно было сказать, в каком направлении они движутся. Точно определить направление было практически невозможно из-за того, что формы были видны не полностью. Только 50 % участников ответили правильно, что было вполне ожидаемо с точки зрения простой случайности.
Ключевой поворот заключался в том, что некоторые участники получили гипнотическое внушение о том, что они увидят скрытую поверхность фигур, даже если её на самом деле нет. Участники с высокой внушаемостью начали "заполнять" отсутствующие части фигур в своём воображении, и так им было куда проще определить направление движения. И это в разы упростило выполнение задания: около 70 % этих участников ответили правильно.
Это поразительное открытие демонстрирует то, что внушение может обострять или даже генерировать восприятие, а не только искажать или подавлять его.
Мои комментарии
Результаты исследования позволяют предположить, что наш мозг способен не только на пассивное восприятие мира – он может активно создавать этот мир. Под гипнозом некоторые люди могут "видеть" вещи, которых на самом деле нет – то есть наше восприятие зависит не только от того, что снаружи, но и от того, что внутри нашего сознания. И это почти что магическим образом размывает границу между воображением и реальностью.
Потенциальные области применения этих открытий весьма широки. Гипноз, изменяющий манеру восприятия этого мира, можно использовать для повышения эффективности обучения, для помощи людям в восстановлении чувственных или когнитивных способностей, и даже для снижения интенсивности боли и избавления от тревожности. Это напоминает нам о том, что наше сознание обладает большей гибкостью и могуществом, чем думают многие, и уже одно это внушение может переформатировать нашу реальность.