Ключевые стратегии для работы с выгоранием и нервным истощением
Нервный срыв происходит, когда мы больше не способны справляться с текущей ситуацией – или нам так кажется.
"У неё был нервный срыв!".
Трагический шёпот, сопровождающийся выразительными сочувствующими взглядами. Странные слова с непонятным и неизведанным смыслом.
Мой юный ум воспринял то, что случилось с "женщиной из номера 36" как что-то ужасное и непостижимое. Раньше я никогда не слышал таких страшных слов – "нервный срыв".
Я понятия не имел, что это такое, и как выглядят симптомы нервного срыва. Но он казался мне чем-то таинственным и зловещим. А вдруг у меня, семилетнего мальчика, случится нервный срыв?! А вдруг он произойдет у моих родителей?!!
Наше воображение прекрасно умеет усугублять и усиливать то, что не поддается его пониманию. Фантазия может добавить элемент сверхъестественного ужаса тому, что мы недопоняли или поняли неправильно. И все же многие взрослые тоже не до конца понимают природу нервного срыва. И на то есть веские причины.
Термин "нервный срыв" не является клиническим диагнозом
Может быть, мы сможем лучше понять природу нервного срыва, разобравшись в том, чем он не является. В клинической терминологии нет такого понятия. Такого диагноза нет в "библии" психиатрической диагностики – Диагностическом и статистическом руководстве по психическим расстройствам (DSM).
И это не психотический эпизод, связанный с уже имеющимся заболеванием (таким, как шизофрения), и не депрессивный эпизод, сопровождающий такие диагнозы, как депрессия или биполярное расстройство. Нервный срыв не является частью расстройства личности (таких состояний, как избегающее расстройство личности, гистрионное расстройство личности) или расстройства адаптации, подразумевающего чрезмерную эмоциональную реакцию на меняющиеся события. Скорее всего, нервный срыв является всего лишь результатом воздействия сильного стресса, который копился долгое время. Однако меняющиеся обстоятельства могут стать "той соломинкой, которая переломила спину верблюда".
Проявления нервного срыва являются куда более мощными и серьёзными, чем симптомы "выгорания" (ещё один метафорический термин). Но в какой точке выгорание превращается в нервный срыв?
Чем же является нервный срыв по своей сути?
Лично для меня нервный срыв – это то, что происходит, когда человек без психиатрического диагноза или с диагнозом, не подразумевающим таких проявлений (что не так уж и просто определить), достигает кризисной точки. Нервный срыв – это то, что случается с человеком, когда он больше не может справляться с текущей ситуацией (или ему так кажется).
Фигурально выражаясь, человек "дошёл до ручки". Его уровень энергии и уверенности в себе резко обрушивается до минимальных значений или даже "уходит в минус". Из-за всего этого человек какое-то время не способен нормально функционировать и справляться с повседневными задачами. Он может пренебрегать личной гигиеной, или он даже перестает вставать с постели и не желает утруждать себя одеванием.
Человек может страдать от крайней подавленности и сильнейшей тревоги. Он может утратить способность заботиться о себе или удовлетворять свои базовые потребности. Как правило, причиной нервного срыва становится чрезмерное давление внешних требований, а не особенности психического здоровья данного конкретного индивидуума или определённые аспекты его личности.
Стресс и усталость, вызванные выгоранием, могут породить более серьёзные проявления нервного срыва – суицидальные мысли, кататония, утрата коммуникативных навыков, чрезмерное беспокойство или даже психотический срыв, искажающий восприятие реальности. Нервный срыв также может быть проявлением не-диагностированного психического расстройства – особенно у молодых людей. (Да, я понимаю: этот факт ещё больше "мутит воду" и не способствует ясности).
Нервный срыв подразумевает значительное ухудшение психического состояния, которое может сохраняться от нескольких дней до нескольких недель. И продолжительность проявления симптомов отчасти зависит от наличия поддержки со стороны друзей и членов семьи и от того, как быстро человек может получить эффективное лечение.
Кроме того, нервный срыв может случиться один раз в жизни у человека, не имеющего психологических проблем. Хотя утрата уверенности и веры в собственную устойчивость к внешним воздействиям, которая становится следствием такого срыва, может повысить вероятность его повторения в некоторых случаях.
Но как мы можем "починить" клиента, который внезапно "сломался" и пережил нервный срыв?
Шаг первый: Подтверждение
Довольно часто психика человека начинает "трескаться" под напряжением, когда ему кажется, что он остался один на один со своими проблемами. Просто выслушайте такого клиента – конечно же, если он готов говорить. И заверьте его в том, что его нервное истощение с последующим срывом является совершенно нормальным в таких обстоятельствах. Иногда я как будто в шутку говорю клиенту о том, что если бы он не выдал такой реакции после всего того, через что он прошёл, можно было бы усомниться в его нормальности!
Итак, нам нужно выслушать клиента, приободрить его и дать ему подтверждение его "нормальности". Только после этого он будет готов к следующему шагу.
Шаг второй: Поощрение
Мы может подкрепить эффект заверения и подтверждения с помощью поощрения. Мария – клиентка, которую я посещал на дому, потому что она всё ещё не была готова "столкнуться лицом к лицу с миром", - говорила о том, что она "сломалась".
Здесь мы видим очень яркое и красочное ответвление метафоры "нервный срыв". Я напомнил ей о том, что термин "нервный срыв", который использовала она сама и её друзья, по сути представляет собой метафору. И я пошёл ещё дальше, утверждая, что "сломанное" можно не только "починить", но также укрепить и "усилить".
Я использовал эту метафору снова в ходе терапевтического гипноза.
Но как мы можем "починить сломанное"? Ну, для начала нам нужно обеспечить закрытие базовых потребностей, присутствующих у всех людей без исключения.
Шаг третий: Расстановка приоритетов – собственное тело на первом месте
Клиенты снова и снова говорили мне о том, что в преддверии нервного срыва они начинали пренебрегать потребностями собственного тела.
Они переставали спать – или не занимались практически ничем, кроме сна. Они теряли аппетит – или наоборот, ели слишком много. Они становились даже слишком активными – или, напротив, совсем переставали двигаться. На самом деле перед нервным срывом человек может бросаться из крайности в крайность, рикошетом переключаясь из одного состояния в другое и обратно.
Накопление в крови кортизола – гормона стресса – может расстроить аппетит и модели сна, а также внести полную сумятицу в мотивацию и желание двигаться. И нам нужно помочь своим клиентам поставить базовые телесные потребности на первое место в списке своих приоритетов.
На сеансе помогите клиенту успокоиться и визуализировать вовлечение в те модели поведения, которые снижают уровень стресса. Таким образом вам удастся свести на нет негативные эффекты накопившегося напряжения. Вместе с клиентом разработайте план питания и распорядок дня, включающий хотя бы небольшие периоды физической активности. Даже если это будет ходьба кругами по квартире три раза в день и два отжимания каждое утро – как это было с одним из моих клиентов. Раньше этот человек был фанатом фитнеса и кем-то вроде перфекциониста. Я попросил его делать всего 2 отжимания в день, и вскоре он радостно доложил мне о том, что он отжимается уже по 20 раз!
То есть мы помогаем клиенту медленно и постепенно отстраивать собственную личность, "возвращаясь в себя". И поначалу мы можем просить его делать меньше того, на что он способен. Также нам нужно помочь клиенту в возвращении здорового сна, несущего восстановление и подпитку – который является жизненно важным для каждого из нас.
Когда потребности тела удовлетворяются в полном объеме, настроение стабилизируется, и мотивация постепенно возвращается. Возможно, вам придётся потратить некоторое время на то, чтобы научить клиента расслабляться и удовлетворять потребности своего тела должным образом.
Но ему также нужно проявить доброту по отношению к самому себе.
Шаг четвертый: Честность с самим собой
Один человек, переживший нервный срыв, рассказал мне о том, что он всегда требовал максимум – лучшее, возведённое в абсолют – как от самого себя, так и от всех окружающих. И его ужасно бесило то, что теперь даже выход в магазин у дома казался ему чем-то нереальным. Я предположил, что его перфекционизм как таковой был ловушкой, и, возможно, в будущем он мог бы относиться к своей жизни с большей лёгкостью.
Нам нужно проявлять определённую гибкость в своих ожиданиях – по мере изучения обстоятельств их масштабы могут расширяться и сокращаться. И только когда этот человек научился делать паузы и нормально воспринимать то, что он не способен жить на скорости 100 км/ч (по крайней мере, в период восстановления), он наконец-то смог удовлетворить потребности своего тела и сознания в полноценном отдыхе без тревог и забот, в котором так сильно нуждалась эта система.
Если человек только что пробежал свой первый марафон, было бы неразумно просить его быстренько сбегать в магазин в соседнем квартале. Ему необходим отдых! И если человек только что пережил нервный срыв, не стоит многого от него ожидать – по крайней мере, какое-то время. Он тоже в каком-то смысле пробежал марафон, и ему нужно отдохнуть и восстановиться.
Мы можем напомнить клиенту о том, что он – не ломовая лошадь и не машина, функционирующая чётко по графику. У него есть определённые потребности – так же, как и у всех остальных людей. Мы можем рассказать ему, в чем именно заключаются эти потребности, и помочь ему наладить свою жизнь так, чтобы создать оптимальные условия для сбалансированного удовлетворения этих потребностей на постоянной основе в будущем. Мы можем спросить его, не склонен ли он в своем внутреннем диалоге выражаться по отношению к себе гораздо резче и жестче, чем кто угодно в реальном мире. Или, может быть, он склонен к чрезмерной и безжалостной критике по отношению к себе?
Также нам нужно выяснить, что стало причиной нервного срыва. Эта информация позволит нам помочь клиенту лучше справляться со стрессом в будущем, а также повысит эффективность проработки любых эмоциональных переживаний, запускающих ошибочный подбор моделей в его сознании.
Шаг пятый: Проработка эмоциональных "остатков"
Возможно, вам потребуется проработать травму клиента – и в этом вам поможет Техника перемотки, которая устранит эмоциональную обусловленность, успокоит клиента и дарует ему ощущение комфорта. Возможно – и даже скорее всего! – вам нужно будет провести рефрейминг вредоносных моделей восприятия, которые негативно влияют на клиента и причиняют ему боль. Возможно, ему необходима помощь в преодолении определённых проблем из прошлого, и здесь вам нужно использовать индивидуальный подход, подбирая оптимальные способы для каждого конкретного случая – впрочем, как и всегда.
Мы сможем с большей эффективностью решить все эти задачи, применяя клинический гипноз не только как средство расслабления, но и как способ устранения обусловленности и установок, закрепившихся в сознании клиента в прошлом.
После того, как мы успокоим и облегчим эффекты гормонов стресса, мы также можем сделать кое-что ещё на поведенческом уровне.
Шаг шестой: Приятные занятия, приносящие удовлетворение
Тревога по поводу проблем, которые невозможно решить сейчас или в ближайшее время, постепенно накапливается, утомляя и изматывая человека. Непроработанная тревога превращается в "тяжкую ношу", давящую на человека изнутри на когнитивном и эмоциональном уровне. И клиент может описывать это ощущение метафорически как "невыносимое бремя" или "груз, который слишком тяжело нести".
Противоядием ко всему этому является отдых и расслабление – но оно сработает, только если клиент начнет решать свои проблемы на практическом уровне, таким образом устраняя их, либо если он перестанет так сильно тревожиться по этому поводу. Но как мы можем достичь таких результатов?
Мы можем воздействовать на него на метафорическом уровне, давая ему задания – небольшие выполнимые задачи, имеющие начало, середину и конец. Такие задачи по своей природе приносят нам удовлетворение, потому что они закрывают важную общечеловеческую потребность в завершённости. Удовлетворение, которое можно получить от банального оформления документов, покоса травы на лужайке или приготовления торта, может показаться непропорциональным и не соответствующим самой активности. Но завершение таких простых задач стимулирует в нашем мозге дофаминовые пути, порождающие ощущение вознаграждения.
Поведенческие задания могут показаться несерьезными или надуманными, но они дают мощный эффект. Простые действия, завершающиеся наглядным результатом, постепенно повышают уровень активности и сокращают объемы пассивных размышлений, сопровождающихся катастрофизацией. По мере того, как ваш клиент все больше действует и все меньше тревожится, его "тяжкая ноша" становится все легче и легче.
Разделение проблем для победы над ними
Когда мы смотрим на свои проблемы как на единый цельный массив, они могут казаться нерешаемыми, и их давление становится просто невыносимым. "Разделяй и властвуй" (в данном случае "побеждай") – вот лучшая стратегия решения множественных проблем. Но сначала нам нужно разобраться с первоочередными моментами!
То, что действительно нужно вашему клиенту в ближайшей перспективе – это способность полностью игнорировать свои проблемы или, по меньшей мере, держать их на расстоянии вытянутой руки до тех пор, пока он не восстановится.
Мы можем заверить клиента в том, что после нормализации его состояния мы поможем ему разделить этот массив на составные части и, "делая один шаг за один раз", он сможет решить эти проблемы одну за другой на практическом уровне и/или изменить своё отношение к ним.
И, наконец, нам – и, что еще важнее, клиенту - нужно знать о том, что именно будет меняться, начиная с этого самого момента.
Шаг седьмой: Новое, лучшее будущее
Нервный срыв – это сигнал, говорящий о том, что вы проживаете свою жизнь как-то не так, и ваша текущая стратегия не работает. Срыв вынудил вашего клиента остановиться, и теперь у него появилась возможность определиться с тем, что именно он хочет делать по-другому, и каким он хочет сделать свое будущее.
Может быть, он уделит больше внимания отношениям или начнет проводить больше времени на свежем воздухе. Может быть, он вернется к заброшенным хобби или найдет новые интересы.
В конце жизни никто не жалеет о том, что он проводил слишком мало времени в офисе. И клиенту стоит задуматься о том, что он хотел бы увидеть, оглядываясь на свою жизнь в ее конце. Какой жизнью он действительно хочет жить, начиная с этого самого момента?
Мы можем подсказать практические шаги, которые приведут его к построению новой жизни, дающей больше эмоциональной и физической поддержки.
А та "женщина из номера 36", о которой я услышал много лет назад, выглядела совершенно здоровой и счастливой, когда я снова её увидел – хотя с того страшного "нервного срыва" прошло не так уж и много времени. Мой живой юный мозг сделал вывод о том, что она полностью поправилась, и с тех пор термин "нервный срыв" не казался мне таким страшным.
То, что нас не убивает, делает нас сильнее. Это выражение действительно соответствует истине. По крайней мере, в некоторых случаях.
