Поделиться с друзьями
11 ноября 2021
148

7 советов, которые пригодятся вам в работе с клиентами, имеющими диагноз ИРЛ – "избегающее расстройство личности"

"Боль в нашей жизни неизбежна, но мы можем избежать той боли, которую мы создаём, избегая боли" 

– Р.Д. Лэйнг


Я не люблю навешивать на людей ярлыки. Я считаю, что терапия должна помогать клиентам выходить за рамки имеющихся ярлыков.

И все же каждому терапевту очень важно знать о существовании различных типов личности и понимать различия между ними. Наличие чёткого представления о разнообразии личностных проявлений позволяет нам избежать ловушки ограниченных предположений о том, что другие люди на фундаментальном уровне похожи на нас, и они проявляют себя точно так же во всех отношениях. Это понимание также позволит нам избежать удивления/шока/разочарования/ненужной впечатлительности в те моменты, когда кто-то ведёт себя по-другому – совсем не так, как мы сами.

У всех представителей вида "человек разумный" определённо есть несколько общих характеристик, но внутри этой более масштабной модели выделяется несколько типов личности, для которых характерны сходные черты и проявления.

И здесь есть ещё один важный момент…

Не стоит думать, что принадлежность к определённому типу личности будет постоянно и неизменно определять курс нашей жизни – это проявление ненужного фатализма.

Например, интроверт может развить свои социальные навыки и умения и стать более общительным, а люди, от природы склонные к невротизму, со временем могут стать куда более спокойными.

Да, в широком смысле слова всех нас можно разделить на несколько четко разграниченных типов личности. Большинство людей следуют более или менее стабильным моделям внутренних переживаний и внешних проявлений. Мы можем быть экстравертами, мы можем быть добросовестными, или открытыми для новых впечатлений, или приятными и милыми в общении. Или нет…

То есть сама концепция типов личности потенциально является очень полезной – до тех пор, пока мы не начинаем рассматривать людей сквозь призму ограниченных представлений о том, какими они (или мы сами) должны быть, согласно нашим предположениям.

И все это подводит нас к такому понятию, как расстройства личности.

Расстроенные механизмы сознания

Личность представляет собой совокупность индивидуальных черт, переживаний, опыта и моделей поведения, которые остаются стабильными и особо не меняются со временем. Расстройство личности – это стабильный набор личностных черт, который постоянно создает проблемы для самого человека и для других людей, присутствующих в его жизни. И здесь я не говорю о том, что наличие каких-то проблем обязательно указывает на расстройство личности!

Но если многие люди постоянно отмечают трудности во взаимодействии с определённым индивидуумом, когда человек постоянно сталкивается с проблемами – и, возможно, со стороны кажется, что он сам создает эти проблемы (при этом совершенно неважно, признает это сам человек или нет), - у этого человека может быть расстройство личности. По крайней мере, с точки зрения психиатрии.

И есть ещё один способ рассмотрения ситуаций, в которых на человека навешивают ярлык "расстройство личности": возможно, он просто-напросто не удовлетворяет свои эмоциональные потребности, или его физические потребности не закрыты в полной мере – что отлично иллюстрирует сказка о короле, страдающем от жажды.

В любом случае я считаю, что восприятие некоторых индивидуумов в контексте расстройств личности может быть полезным и уместным – конечно же, если мы сможем разглядеть уникальную индивидуальность клиента за этим ярлыком.

На данный момент официально признано 10 расстройств личности – включая пограничное, антисоциальное, истерическое (гистрионное) и нарциссическое расстройство.

Важно помнить о том, что полное соответствие диагностическим критериям встречается крайне редко – лишь немногие индивидуумы идеально вписываются в эти рамки. Также бывает так, что один и тот же человек может соответствовать и не соответствовать определённым критериям в разные периоды своей жизни. Расстройства личности нередко проявляются одновременно в виде сопутствующих состояний – например, люди с диагнозом "пограничное расстройство личности" также могут проявлять некоторые черты истерического (гистрионного) и даже нарциссического расстройства личности, и так далее.

И в этой статье я хочу сконцентрироваться на помощи клиентам с так называемым "избегающим расстройством личности" (ИРЛ). Я расскажу вам о том, что оно собой представляет, и как его распознать. И я также предложу несколько собственных идей – я надеюсь, что они подскажут вам новые и свежие подходы для работы с клиентами, у которых проявляются признаки ИРЛ.

Но сначала давайте разберёмся, что представляет собой избегающее расстройство личности?

Игра в прятки

Я работал с Марией на протяжении многих месяцев. Она дошла до той точки, в которой она совсем отстранилась от мира и спряталась от него. Ей хотелось свернуться в комочек и остаться в убежище – так, чтобы ее никто никогда больше не видел и не судил. И ей было непросто обратиться за помощью, потому что она боялась моего осуждения и выводов, которые я могу сделать по поводу её состояния.

На четвёртом сеансе она наконец-то осмелилась рассказать мне о том, что раньше ей уже ставили диагноз "избегающее расстройство личности".

Она жалобно взглянула на меня и спросила, ёжась от неловкости: "Это значит, что я никогда не смогу измениться?".

Я заверил её в том, что все типы личности отличаются гибкостью и поддаются изменениям, и мы можем трансформировать (иногда радикально) какие-то элементы наших моделей восприятия, поведения и выражения чувств.

И я предположил: "Может быть, диагноз – это отправная точка, а не финишная прямая?".

Конечно же, постановка диагноза не помогает вылечить состояние или расстройство, но в некоторых случаях диагноз становится отправной точкой.

В любом случае у Марии действительно наблюдались многие классические признаки избегающего расстройства личности. Она...
  • проявляла экстремальную чувствительность по отношению к тому, что она воспринимала как отторжение или критику  
  • отчаянно желала социальной связанности и близости – и при этом отвергала любые попытки её наладить 
  • боялась насмешек 
  • с легкостью начинала испытывать стыд, замешательство и неловкость  
  • предполагала, что она никому не понравится, и окружающие её никогда не одобрят 
  • чувствовала себя непривлекательной и неинтересной для других людей 
  • проявляла экстремальную робость и застенчивость 
  • избегала нового опыта и стремилась остаться в рамках привычной и "безопасной" рутины, а также 
  • имела экстремально низкую самооценку.
На основании собственных наблюдений и того, что она мне рассказывала, я сделал вывод о том, что этот диагноз как будто бы ей подходит.

Мария не была замкнутой и необщительной – она хотела завести друзей и когда-нибудь даже найти пару. Но сильнейший страх перед возможным отторжением мешал ей в полной мере вовлечься в общение. Также в её сознании закрепился пессимистичный настрой – она не верила в то, что в её жизни что-то когда-то изменится к лучшему.

Я использовал при работе с ней 7 стратегий, описанных ниже – возможно, они окажутся полезными и для вас:

Совет № 1: намекните клиенту на то, что у его страданий есть определённый лимит, и они ограничены во времени

Постоянные проявления робости и стеснительности могут заставить человека поверить в то, что именно таким он и является от природы, и он ничего не может с этим поделать. И после постановки диагноза "ИРЛ" это ощущение фиксированной негативной идентичности может закрепиться ещё прочнее. В ходе разговора мы можем мягко и ненавязчиво (без слишком явных противоречий) намекнуть на то, что некоторые вещи могут меняться – и действительно меняются. И клиент тоже может трансформировать какие-то аспекты своей личности. Например, в ходе работы с Марией я задал ей вопрос:

"Что было самым худшим в том смущении и боязни отторжения, которая у вас тогда проявлялась?".

Здесь я говорю о смущении и боязни отторжения в прошедшем времени, подразумевая то, что эти ощущения не должны присутствовать постоянно и проявляться все время. Конечно же, одна-единственная фраза не сможет изменить ситуацию, но постоянное и планомерное использование языковых средств, намекающих на изменения, может помочь клиенту скорректировать своё видение проблемы.

Когда мы используем много подобных языковых приемов, мы создаем скрытое (подразумеваемое) ощущение того, что изменение в принципе возможно, не говоря об этом напрямую. И мы можем пойти ещё дальше…

Совет № 2: отделите симптомы ИРЛ от ключевого самоощущения клиента и его представлений о собственной идентичности

Я задал Марии следующий вопрос:

"Давайте проведём мысленный эксперимент: как вы думаете, какие вещи вы начнете делать, когда степень проявления этой стеснительности немного снизится?"

Обратите внимание: в этом вопросе я мягко и ненавязчиво намекнул на то, что в будущем ситуация изменится к лучшему, не говоря об этом прямо и открыто. И я также устранил стеснительность из её ключевого самоощущения, предположив, что степень проявления этого качества может "снизиться". Я не говорю "вы застенчивы" - здесь я подразумеваю, что застенчивость не является ею, и это качество может от неё отделиться. На самом деле это не является вами.

Советы 1 и 2 могут оказаться очень полезными в тех случаях, когда клиент как будто застрял в ловушке фиксированного и неизменного типа личности, или когда он считает, что его расстройство является постоянным и останется с ним навсегда.

Наша манера использования языковых средств играет очень важную роль, но нам также нужно выяснить, что получает наш клиент от этой социальной робости, пропитанной страхом, и чего он лишается из-за неё.

Совет № 3: выявите потребности, которые ваш клиент пытается удовлетворить таким способом

Как и всегда, нам нужно выяснить, какие базовые эмоциональные потребности не получают удовлетворения в жизни клиента на данный момент. В какой степени проблемные модели являются способом их удовлетворения? Или, может быть, они представляют собой неуклюжую  и при этом вполне осознанную попытку удовлетворить потребность, скажем, во внимании или ощущении безопасности? В какой степени эти модели мешают полноценному удовлетворению базовых потребностей?

Вы можете рассказать клиенту о базовых потребностях, характерных для всех представителей рода человеческого, и подсказать ему способы удовлетворения этих потребностей.

Частью любого терапевтического сеанса является выявление ресурсов клиента. Иногда мы можем сделать это с помощью вопросов, направленных на поиск исключений…

Совет № 4: идентифицируйте моменты исключений

Я спросил Марию:

"В каких ситуациях, подразумевающих общение или присутствие других людей, вы не тревожились о том, что эти люди о вас подумают? В какие моменты вашей жизни вы чувствовали себя расслабленно и наслаждались ощущением связанности?"

Другими словами, были ли в её жизни исключения? В каких условиях эта проблема не проявлялась – хотя её можно было ожидать? Это очень полезный вопрос, который вы можете задать при работе с любым клиентом.

Мария задумалась на некоторое время.

"Ну, на своей первой работе я познакомилась с одной женщиной. В ней было что-то особенное, и мне показалось, что я ей действительно понравилась! Мы с ней поладили, и я всегда чувствовала себя расслабленной рядом с ней…"

Позже, на этапе гипнотической работы, я помог Марии возродить воспоминания об общении с этой коллегой и усилить сопутствующее ощущение расслабленности в компании другого человека.

Затем в ходе гипнотической репетиции я помог ей представить и прочувствовать, как она проводит больше времени с самыми разными людьми – то есть мы начали тренироваться в перенесении ресурса, и это упражнение оказалось особенно полезным для Марии.

Также я помог ей выявить те моменты, когда она спонтанно пробовала что-то новое. Вместо того, чтобы концентрироваться на проявлениях, поддерживающих её диагноз, мы исследовали моменты, которые ставили его под сомнение.

Иногда клиенты будут говорить вам о том, что в их жизни никогда не было исключений. Но если вы поищете достаточно хорошо, вы их найдете – в большинстве случаев бывает именно так. Иногда клиент просто не настроен на поиск позитивных исключений, и он не может вспомнить ничего подобного прямо сейчас. Но он может "случайно" проговориться и рассказать вам о таком моменте чуть позже. А если этого не произойдёт, вы можете нарисовать картину того, как могло бы выглядеть переживание расслабления в компании других людей.

Конечно же, довольно часто в ходе работы с клиентами, склонными к избеганию, возникает необходимость в перепрограммировании эмоциональных воспоминаний, которые могут поддерживать модели избегания, проявляющиеся у этого человека в данный момент…

Совет № 5: устраните обусловленность, закрепившуюся в прошлом

Мария боялась отторжения, насмешек, принижения и даже ненависти – несмотря на то, что она была очень достойным и порядочным человеком, милым и приятным в общении. Я спросил её, почему, по её мнению, окружающие должны реагировать на неё именно так.

"Ну, мои родители очень часто на меня кричали. Я думаю, что именно оттуда и взялась моя нервозность. Мне часто говорили о том, что меня никто не полюбит, если я не сделаю это или не перестану делать вот это. Все это звучало как угроза. Также меня сильно травили в школе и на моей первой работе".

Я выяснил, что в новых ситуациях и в моменты общения с новыми людьми чувства, переживаемые Марией, были во многом похожи на те эмоции, которые она испытывала в прошлом, когда родители на неё кричали, и на переживания, которые были следствием травли. Я помог ей вытащить ядовитое жало из этих воспоминаний – так, чтобы она могла сформировать и закрепить новые, более спокойные и куда более адекватные и адаптивные эмоциональные шаблоны.

То есть перед нами определённо может встать необходимость в устранении эмоциональной обусловленности, закрепившейся в сознании клиента в прошлом.

А теперь мне хотелось бы задать вам один очень интересный вопрос: как вы назовете человека с избегающим расстройством личности, когда он перестанет избегать всех этих вещей?

Совет № 6: задавайте поведенческие задания

Через некоторое время я ответил на этот вопрос в ходе работы с Марией:

"Вы знаете, теперь, когда вы уже не так сильно избегаете всех этих вещей, вас вряд ли можно назвать избегающей личностью… первая часть уже неактуальна, и значит, у вас остаётся просто…".

"Личность!" - закончила она мою фразу.

"Да, вы - личность!" - сказал я. – "И очень хорошая по своей сути!".

Я задавал Марии поведенческие задания – раз в неделю встречаться с одним человеком, которому она доверяет, и делать одну новую вещь (это могло быть что-то очень простое – например, пойти домой с работы по другой дороге).

Сначала я помог ей выполнить эти задания под гипнозом, в собственном воображении - для того чтобы перенести эти действия в разряд нормальных и естественных и по максимуму повысить вероятность того, что она действительно сделает это.

Постепенно, по чуть-чуть, мы дополняли список этих заданий, а сами задания усложнялись и требовали от неё все больше смелости. И вскоре она начала искать того опыта, которого она раньше избегала.

Она начала расширять рамки своей жизни, создавая в ней больше пространства для удовлетворения своих врождённых потребностей.

Подходы, описанные выше, дают благотворный побочный эффект в виде позитивного влияния на самооценку клиента. Но мы также можем проработать этот аспект напрямую…

Совет № 7: поработайте над самооценкой клиента

В ходе работы мы заметили, что склонность к избеганию часто сопровождается низкой самооценкой – которая может быть как причиной формирования избегающих моделей, так и их следствием. Когда мы избегаем общества других людей, мы можем почувствовать себя одинокими и нелюбимыми, и все это может только укрепить нашу убеждённость в том, что мы никому не нравимся. Мария чувствовала себя одинокой каждый день, день за днём. На тот момент, когда она обратилась за терапией, она уже сжилась с этим ощущением, но по мере того, как мы продвигались все дальше по пути к прогрессу, она расширяла свой круг общения, и это ощущение изоляции постепенно ослабевало.

Я помог Марии визуализировать ситуации, в которых она куда более расслабленно воспринимает критику и общается с людьми, которые казались ей "пугающими" в прошлом. Мы поработали с ее  самооценкой напрямую – и в ее сознании сформировалось более позитивное представление о том, кто она есть, и что она способна сделать. У неё проявлялась типичная проблема, связанная с самооценкой, а именно - ощущение того, что она "не заслуживает" хороших вещей в этой жизни.

Мария никогда не собиралась становиться самым общительным человеком в этом мире, и она не планировала превращаться в выдающуюся авантюристку, склонную к поиску приключений. Но со временем она начала в полной мере удовлетворять свою потребность в социальной связанности – и даже потребность в близости и интимности после знакомства с мужчиной.

Ближе к концу последнего сеанса она сказала мне, улыбаясь: "Я счастлива быть личностью, но, я думаю, никаких расстройств мне не нужно!". 

Рекомендуем:

Позвоните нам!
Ваш заказ готов к оформлению
Личный кабинет
Вам будет доступна история заказов, управление рассылками, свои цены и скидки для постоянных клиентов и прочее.
Ваш логин
Ваш пароль
Работаем для вас с 10:00 до 20:00
Психологический центр "Мастерская души и тела"