5 принципов из новой теории психоза
"Метафоры удивительным образом вмещают самую большую правду в самые краткие слова".
— Орсон Скотт Кард
"Понимаешь, Николай, он искренне верит, что он Иисус Христос".
Как и многие люди с "манией величия", Олег выглядел непримечательно. Он был тихим и располагающим к себе. Его бред становился очевиден, только если его расспрашивали. Он никогда не кричал о своей божественности на каждом углу. И всё же...
"Поговори с ним, — сказала его мать. — Он быстро тебе расскажет, что он Иисус!" Так и вышло.
Олег повадился проводить по 20 часов в день в своей комнате в отеле, которым владели его родители. Встревоженные родители пытались найти ему помощь. Он провёл какое-то время в психиатрическом отделении, но возненавидел нейролептики.
На время он отказался от бреда — или бред отказался от него. Но теперь это вернулось, словно ангел-мститель.
Бред и метафоры
Случай Олега был больше 10 лет назад. Но недавно я наткнулся на интересное исследование о психозе и метафорах, которое снова вывело его на первый план в моём сознании.
Доктор Роза Ритуннано и её коллеги обнаружили, что бред вырастает из взаимодействия чувств, телесных ощущений и речи, полной метафор, иногда отражая стыд, разобщённость или какую-то другую неутолённую потребность.
Исследователи утверждают, что психотический бред — это не случайные ошибки мышления или восприятия, а осмысленные, телесные реакции на сильные душевные переживания, которые помогают человеку восстановить чувство равновесия и понимания.
Вместо того чтобы пытаться напрямую оспаривать бредовые убеждения, исследование предполагает, что выздоровлению можно лучше помочь, позволяя людям исследовать чувства и метафорические смыслы, стоящие за их переживаниями, и создавая спокойную, поддерживающую обстановку, снижающую страдания.
Так что же насчёт юного Олега?
Из ничего — во всё
Олег был не настолько безумен, чтобы я не мог с ним разговаривать. Мы обсуждали его жизнь "как Олега".
Земной отец Олега был властным и деспотичным, но любящим и желающим ему добра. Однако в 39 лет Олег всё ещё жил с родителями, и его единственной работой была уборка в отеле родителей. У него никогда не было девушки, никогда не было друзей по-настоящему. Олег как Олег чувствовал себя ничтожеством.
И тут меня осенило.
Не гром среди ясного неба, а просто мысль: что бред о том, что он Христос, вполне может быть замещающей метафорой чувства собственной никчёмности. Какой лучший способ возместить чувство, что ты ничто, чем прийти к убеждению, что ты всё.
Никакого положения в обществе до высшего положения одним метафорическим скачком.
Неудовлетворённые потребности, когда они длятся долго, могут породить "проживаемую метафору" (точно так же, как мы проживаем наши метафоры во время сновидений каждую ночь). По крайней мере, у тех, кто предрасположен к психозу.
Если бы я мог поработать с Олегом, помогая ему гармонично удовлетворять свои душевные потребности, возможно, необходимость в метафорическом бреде сошла бы на нет естественным путём.
Я думаю, это полезный инструмент (простите, не могу избежать метафор!) для понимания как бреда, так и всех человеческих душевных трудностей. В случае Олега мы могли бы назвать его бред "замещающей метафорой".
Распространённые замещающие метафоры
Вот пять примеров бреда, истолкованного как метафоры неудовлетворённых душевных или психологических потребностей. Это скорее примеры для пояснения, а не клинические диагнозы:
Вера в своё тайное королевское или героическое происхождение — Это может метафорически отражать глубокую потребность в признании, ценности или значимости после долгого ощущения невидимости, пренебрежения или низкой самооценки.
Мысль о том, что другие постоянно их осуждают или шпионят за ними — Это может быть телесным выражением хронического стыда или страха отвержения, когда внутреннее чувство, что тебя разглядывают, переносится вовне как слежка.
Вера в то, что у них есть особая миссия спасти мир — Такое убеждение может символизировать сильную потребность в цели, смысле или власти, особенно у того, кто чувствовал себя бессильным или потерянным по жизни.
Ощущение, что их телом управляют внешние силы — Это может метафорически выражать переживание потери самостоятельности или принуждение в прошлом, когда прошлые ситуации потери контроля переживаются заново через телесные образы.
Вера в то, что их особенно любит или избрала могущественная фигура — Это может отражать неудовлетворённую потребность в привязанности, безопасности или безусловной любви, особенно у людей, переживших покинутость или душевное обделение. Одна пациентка верила, что у неё отношения (через телевизор) с известным ведущим ток-шоу.
Таким образом, возможно, некоторые бредовые переживания можно понимать не просто как неразумные убеждения, а как символические попытки сообщить о страдании и восстановить душевное равновесие: удовлетворить основные потребности.
Конечно, многие из ваших клиентов не будут психотически бредить! Но все клиенты говорят метафорами, и иногда метафоры, которые они используют, помогают нам понять, в чём они могут нуждаться — если мы достаточно внимательны, чтобы их заметить.
Метафоры, которые используют ваши клиенты
Для начала важно понять, что клиенты редко описывают свой внутренний мир красивым психологическим языком.
Они говорят о том, что несут груз, застряли, ходят по яичной скорлупе / на цыпочках, разваливаются на части,упёрлись в стену, опустошены или тонут.
Это не речевые обороты, мимо которых можно пройти на пути к "настоящей работе". Это и есть настоящая работа. Когда вы слышите метафору от клиента, это всегда то, что вы можете использовать.
Например, один клиент в разговоре использовал метафору "сломанной женщины". Я сразу перенял её метафору и предложил: "Значит, нам нужно починить положение вещей".
Поскольку я работал внутри её метафоры, моё предложение было легко принято.
Когда мы начинаем говорить на образном языке наших клиентов, это усиливает взаимопонимание и связь. Если мы можем точно отразить метафору клиента, он часто чувствует глубокое понимание.
Такие утверждения, как:
"Должно быть, это изматывает — нести это в одиночку".
"Неудивительно, что вы чувствуете себя в ловушке, если в том образе, что вы описали, нет выхода".
"Вы выживали в очень суровых условиях".
Эти отклики — больше, чем просто проявление сочувствия. Они показывают созвучность: глубокое осознание душевного состояния и потребностей человека и отклик на них, что позволяет ему чувствовать себя понятым.
Быть "увиденным" на уровне метафоры часто безопаснее, чем когда тебя анализируют, словно какое-то расчленённое насекомое.
Иногда мы можем отвечать на метафоры немедленно, иногда можем подождать или вернуться к метафоре на более поздней встрече. Но чтобы по-настоящему использовать метафору клиента, нам нужно расширить её, добавив лечебный элемент.
Но, прежде чем мы пойдём дальше, что же такое метафоры?
Поиск слов, когда слов нет
Метафоры — это то, как разум переводит сложные душевные переживания во что-то сообщаемое и краткое. Метафоры могут заключать в себе истины, которые иначе нелегко передать, разве что очень многословно.
"Я просто сломанная женщина" обобщает все проблемы, телесные и душевные.
Когда психотерапевты учатся слушать метафоры и умело с ними работать, лечение часто углубляется, ускоряется и становится более душевно привлекательным для клиента.
Но если мы всё время их упускаем, мы рискуем говорить мимо клиента, не осознавая этого. Мы перестаём "говорить на одном языке", если хотите.
Многое из психожаргона — это метафоры, такие как, например, "внутренний ребёнок". Если мы используем такие шаблонные метафоры, даже когда они не нравятся или не откликаются у наших клиентов, мы рискуем испортить доверительные отношения. Гораздо лучше, хотя бы отчасти, использовать их метафоры, чем пытаться заставить их использовать исключительно наши.
Почему метафоры важны в лечении
Метафоры — это не просто красивые, украшательские слова. Они отражают то, как мозг упорядочивает переживания.
Чувствующий мозг не мыслит отвлечёнными понятиями. Он выстраивает свой опыт в образах, ощущениях, движении и отношениях. Мы все, например, видим сны метафорами.
Метафоры — это мост между чувственным опытом и осознанной речью.
Вот почему:
Метафоры возникают невольно при душевной нагрузке.
Клиенты часто повторяют одну и ту же метафору от встречи к встрече.
Метафора может ощущаться клиентом как "более правдивая", чем любое объяснение.
Когда клиент говорит: "Я словно постоянно в ожидании удара", он даёт вам прямой доступ к состоянию своей нервной системы, а не только к своим мыслям.
Поэтому нам нужно быть начеку.
Распространённая упущенная возможность
Один знакомый мне психотерапевт описывал случай, когда клиент сказал: "Я чувствую, как будто скрепляю всё канцелярским скотчем".
Специалист кивнул, посочувствовал и перешёл к поиску решений. Позже он понял, что было упущено что-то важное.
Клиентка не просто была перегружена. Она сообщала о хрупкости, недолговечности и страхе внезапного крушения. "Канцелярский скотч" был не случаен. Это подразумевало нечто временное, дешёвое, не предназначенное служить долго.
Эта метафора содержала гораздо больше сведений, чем её перечень жалоб.
Чтобы извлечь наибольшую пользу из использования метафор нашими клиентами, нам нужно делать следующее.
Первое: замедляться, когда возникает метафора
Один из самых полезных навыков — просто не проскакивать мимо метафорической речи, как я упомянул выше. Когда клиент переходит от описательной речи к метафорической, это часто означает, что всплывает что-то важное.
Вместо того чтобы перефразировать или толковать слишком быстро, сделайте паузу и отразите это обратно:
"Вы сказали, что чувствуете, будто несёте тяжёлый груз".
"Этот образ ловушки всплывает снова и снова".
"Вы описали это как хождение по яичной скорлупе / на цыпочках — можем ли мы немного задержаться на этом?"
Это даёт две вещи: показывает клиенту, что вы слушаете глубоко; и приглашает к развитию мысли без давления. Часто метафора расширяется естественным образом, как только её признали.
Если мы работаем с кем-то с помощью гипноза, мы можем даже попросить человека перевести его переживание в метафору.
Например, я могу спросить: "Если бы тот сомневающийся голос в вашей голове был человеком, как бы он выглядел? Как звучит его голос?" Затем это может привести к обсуждению: "Как мы можем начать убавлять громкость этого злобного голоса?"
Таким образом, мы можем внести метафору и создать некоторое расстояние (опять метафора!) между клиентом и проблемным состоянием.
Но если они сами привнесли метафору, мы, конечно, можем помочь им её развернуть.
Второе: задавать вопросы, расширяющие метафору
Как только метафора появилась, мягкие, любопытные вопросы могут сделать её более отчётливой. Полезные наводки:
"На что это похоже внутри этого образа?"
"Как давно это так?"
"Меняется ли это когда-нибудь?"
"Что могло бы сделать это легче / безопаснее / более переносимым?"
"Что произойдёт, если вы перестанете это удерживать?"
Эти вопросы работают, потому что они остаются в пределах чувственного языка клиента, вместо того чтобы тащить его обратно в анализ.
Они также обходят защиты. Часто клиенту легче говорить об "образе", чем о себе напрямую.
От метафоры к смыслу
Денис, боровшийся с выгоранием, сказал: "Я чувствую себя так, будто еду на пустом баке". Когда его попросили описать образ, он сказал: "Это как машина, у которой горит лампочка уровня топлива, но я всё равно продолжаю ехать".
Это привело к некоторым сильным озарениям:
Он считал, что остановка — не выход.
Он приравнивал отдых к неудаче.
Он видел поломку как неизбежность.
Никакая анкета не выявила бы это так ясно, как метафора.
Мы также можем обращать внимание на то, как часто используется метафора.
Третье: замечать повторяющиеся метафоры от встречи к встрече
Клиенты часто возвращаются к одной и той же метафоре неосознанно. Повторяющиеся метафоры обычно указывают на:
Глубинные убеждения
Давние душевные уклады
Раннее научение.
Примеры:
"Я застрял".
"Я невидимка".
"Я тону".
"Я тащу на себе всех".
"Я за стеклянной стеной".
Это не случайные выражения. Это описания продолжающихся душевных укладов.
Запоминание повторяющихся метафор может помочь вам отслеживать, что действительно важно для переживаний клиента, даже когда поверхностные темы меняются.
София часто говорила: "Я чувствую себя так, будто я за стеклянной стеной — я могу видеть людей, но я на самом деле не часть этого".
Эта метафора появлялась в разговорах о дружбе, работе и семье.
В конце концов, лечение обратилось к раннему опыту душевного лишения. София научилась наблюдать за связью, а не участвовать в ней. Всегда снаружи, глядя внутрь. Метафора идеально описывала её положение в общении.
Работа с этим образом, а не с отдельными "общественными" трудностями, позволила лечению быстро продвинуться.
Но, прежде чем мы слишком увлечёмся метафорами, нужно учесть следующее.
Четвёртое: избегать слишком вольного толкования метафор
Распространённая ошибка — полагать, что мы знаем, что означает метафора. Метафоры личные, а не всеобщие.
Для одного клиента быть в застое может ощущаться безопасно. Для другого — удушающе. Несение бремени может включать гордость наряду с истощением.
Вместо того, чтобы толковать, спросите:
"Что этот образ значит для вас?"
"Что самое плохое в этом?"
"Есть ли в этом что-то хорошее?"
Позвольте клиенту самому определить свой смысл. Когда психотерапевты навязывают значение, метафоры теряют свою силу.
Но, как я упоминал ранее, нам нужно делать больше, чем просто замечать метафоры клиента.
Пятое: использовать метафоры как врата к изменениям
Метафоры не только описывают трудности, их также можно использовать, чтобы создать движение.
Как только образ прояснился, можно исследовать едва уловимые сдвиги:
"На что это было бы похоже, если бы груз стал легче?"
"Что помогло бы вам выйти из-за стены?"
"Если бы грозовая туча ушла, куда бы она делась?"
Это работает особенно хорошо, если мы владеем клиническим гипнозом. Поскольку чувственный мозг понимает образы, изменение на этом уровне может ощущаться мгновенным и подлинным.
Мария, клиентка с хронической тревожностью, сказала: "Я словно постоянно жду, что случится что-то плохое".
Я спросил её: "Если бы у этого чувства был образ, как бы он выглядел?"
Мария ответила: "Это как стоять под тёмной тучей, которая следует за мной повсюду".
По мере того, как она исследовала образ дальше, стало ясно, что она редко испытывала чувство душевной безопасности, даже в спокойные минуты. Метафора выявила всепроникающее состояние угрозы, а не просто тревожные мысли.
Это сместило фокус лечения с управления беспокойством на выстраивание чувства безопасности.
С помощью гипноза я помог ей пережить возможность направлять рассеивающую силу на эту тучу, пока она полностью не исчезла. Это привело к ощущению большей ясности и лучшего владения собой в повседневной жизни.
Когда мы видим в метафорическом общении возможный источник силы для исцеления умов (ладно, возможно, я слегка перебарщиваю с метафорами!), тогда лечение может стать неизмеримо более действенным.
Работа с метафорами усиливает лечение
Метафоры — это окна в душевную правду, а также в то, как люди видят свой мир.
Они раскрывают:
Какими клиенты видят себя
Как они относятся к другим
Насколько безопасным или небезопасным ощущается их мир
Как могло бы выглядеть изменение или почему оно кажется невозможным.
Я работал с Олегом, помогая ему стать более самостоятельным. Со временем он закончил профессиональные курсы. Нашёл работу с частичной занятостью вне отеля родителей. Начал знакомиться с людьми, обрёл новые интересы. Наконец он сказал мне:
"Я не могу поверить, что когда-то считал себя Иисусом!"
Когда психотерапевты учатся слушать метафоры, замедляться рядом с ними, понимать, о чем они могут нам говорить, и уважительно с ними работать, лечение становится более точным, более человечным и более действенным.
Клиенты могут не запомнить каждый использованный вами приём. Но они запомнят, что были поняты, особенно когда вы уважаете и используете язык, на котором их чувственный мозг уже говорит.