Выявление и лечение эмоционального обжорства

5 необычных стратегий, которые помогут вашим клиентам избавиться от привычки заедать эмоции

Выявив стимулы, подталкивающие клиента к заеданию эмоций, мы увидим модель и сможем найти эффективные способы её устранения

"После расставания я пряталась под одеяло и объедалась мороженым!".

"После трудного дня на работе я сижу на диване перед телеком и поглощаю пиццу и картошку фри!".

"Когда мне грустно, я объедаюсь шоколадом!".

За свою более-чем-15-летнюю практику я слышал множество вариантов подобных высказываний.

Недавно нам был задан интересный вопрос: "Могут ли приступы обжорства (клиент объедается чипсами) быть попыткой почувствовать себя ближе к отцу, который покончил с собой? Когда отец клиента был жив, он постоянно ел чипсы по вечерам".

Этот вопрос заставил меня задуматься о заедании эмоций в общем и поиске утешения в еде. Некоторые психологи называют это явление "эмоциональным обжорством".

Почему мы в принципе это делаем?

Если мы поглощаем пищу, когда мы не испытываем голод (то есть на самом деле мы не нуждаемся в "дозаправке"), мы можем делать это по одной или нескольким из следующих причин:

• Мы подчиняемся социальным условностям. Есть, когда тебя угощают – это проявление вежливости. В некоторых ситуациях от нас ожидают того, что мы будем есть.
• Мы тянемся за едой по привычке. Например, берём шоколадку или чипсы каждый раз, когда садимся смотреть определённое телешоу. Так проявляется обусловленность – точно так же, как у собак Павлова автоматически выделялась слюна при звуке колокольчика. Одно действие неразрывно связано с другим – и эта ассоциация прочно закрепилась в нашем сознании.
• Мы поглощаем неприятную еду, пытаясь справиться с неприятными эмоциями - другими словами, ищем утешения в еде.

Заедание эмоций не относится к категории истинных расстройств пищевого поведения - таких, как булимия. Но регулярное обжорство может привести к появлению серьёзных проблем со здоровьем.

Для начала давайте признаемся честно: совсем не сложно есть вредную еду, которая нас разрушает.

Аппетитная еда, вызывающая зависимость, и глубоко укоренившееся желание

Заедание эмоций невозможно без доступа к множеству аппетитных ресурсов, обладающих непреодолимой привлекательностью. Именно поэтому эта модель, как правило, является прерогативой стран "первого мира". Так легко и просто злоупотреблять всеми этими заманчивыми продуктами, потому что они изначально созданы аппетитными вплоть до аддиктивности. Это соблазн, перед которым трудно устоять – несмотря на то, что такую еду по праву можно назвать "анти-питательной".

В дикой природе мы всегда обращались к тому, что максимально быстро насыщает нас максимальным объёмом энергии. Мы добывали еду с помощью охоты (бегая по настоящему лесу, а не по супермаркету), и у нас не было никаких гарантий. Мы не знали, когда нам в следующий раз удастся поесть. Попробуйте представить себе, как это было…

Ваше доисторическое тело приходит в полное изнеможение после многочасового покорения скалы и долгого забега по пересечённой местности за добычей. Но добыча оказывается несговорчивой, и в итоге вы остаетесь ни с чем. Вы быстро тратите энергию, но вам нечем восполнить эти запасы. Вы сожгли большую часть тех калорий, которые вы получили от последнего приёма пищи – а он был 24 часа назад. Но потом происходит кое-что удивительное и приятное…

Непослушная сторона человеческой природы

В следующий раз, когда отчаявшийся клиент задастся вопросом: "Ну почему я постоянно тянусь к мороженому/пирожным/булочкам, когда я не голоден? Да что со мной не так?", вы можете сказать ему о том, что так проявляется непослушная сторона его человеческой сущности. В ходе эволюции мы научились поглощать огромные объёмы углеводов, когда нам удается их заполучить (что едва ли у нас получалось в доисторические времена).

Да, мы самой природой запрограммированы потреблять еду, быстро дающую нам много энергии. Эта склонность как будто "вшита" в наше сознание. Но это не является оправданием или извинением, потому что, если мы действительно прислушаемся к нашим инстинктам, мы осознаем наши истинные требования к еде и поймем, действительно ли нам нужна "дозаправка".

И, конечно же, не стоит поддаваться медовому соблазну этой идеи (вы заметили, какой приём я здесь использовал?). Нет в доме – нет во рту! Если у нас есть лёгкий доступ к еде с высоким содержанием сахара, тяга к ней будет не столько "слабостью", сколько естественным проявлением нашей человеческой природы.

Ваш инстинкт выживания не заботится о том, хорошо ли вы выглядите на пляже. Он заставит вас тянуться к самому быстрому способу получения энергии, которая позволит вам совершить спринтерский забег за антилопой (или, в условиях современной жизни, отложить весь этот инсулин в виде жира).

Но мы можем натренировать и перенастроить свои вкусы и предпочтения.

Однако заедание эмоций представляет собой нечто большее, чем быстрое и дешёвое получение краткосрочного прилива энергии.

Попытка справиться с чувствами, которые трудно переварить

Когда нам плохо, нам хочется изменить своё состояние. Алкоголь и другие наркотики справляются с этой задачей – так же, как шоколад и другие продукты с рафинированными углеводами.

Многие взрослые (и дети) ищут утешения в еде в моменты стресса и печали. Заедая эмоции, они пытаются справиться с непростыми чувствами и переживаниями. 38 % взрослых американцев признают, что они обращаются к еде, когда им грустно, или они страдают от стресса.

Но это "решение" ничего не решает – оно становится отдельной проблемой само по себе. Хроническое заедание эмоций негативно отражается на нашем здоровье, физической форме, внешности и самооценке.

Мы называем эту модель "поиском утешения в еде". Но разве этот метод работает? Разве поглощение вредной еды действительно дарует комфорт расстроенному едоку?

Путь в никуда

Нам постоянно скармливают идею о том, что еда – это не только топливо, но и утешитель, своеобразный источник комфорта. Когда мы голодны, восполнение запасов топлива действительно дарует нам утешение и комфорт, потому что "дозаправка" даёт нам больше жизни! Но эта не та ситуация, о которой мы здесь говорим.

Моя клиентка Жанна начала объедаться шоколадом по ночам год назад, после разрыва с парнем. По её словам, от этого она чувствует себя только хуже – то есть еда не дает ей желаемого утешения. И её случай не является чем-то необычным.

В ходе исследования, проведенного в 2014 году, выяснилось, что 81 % испытуемых верит в то, что заедание эмоций "вкусняшками" действительно улучшает настроение и приносит утешение и комфорт. Но также выяснилось, что нейтральные блюда и продукты (например, салат) так же быстро улучшают настроение. И состояние испытуемых менялось к лучшему с той же скоростью, когда они вообще ничего не ели.

Итак, заедание эмоций не способствует улучшению настроения и не дарует утешение и комфорт. Я подозреваю, что эта модель создаёт своеобразное онемение с потерей чувствительности – но только в процессе, пока человек её реализует. И я подозреваю, что заедание эмоций действительно зачаровывает – создавая эффект отстранения и вводя человека в своеобразный транс.

И эта чарующая песня сирен околдовывает сотни миллионов людей, заманивая их на путь, ведущий к ожирению, нездоровью и несчастью.

Даже слишком многие клиенты говорят о своеобразном трансе, в котором время как будто останавливается, и они отключаются от своей повседневной жизни. Но потом они просыпаются, возвращаясь в реальность, и чувствуют себя ещё хуже, чем до этого эпизода обжорства.

Выходит, заедание эмоций не оказывает позитивного влияния ни на настроение, ни на состояние здоровья – в тех случаях, когда мы не можем ограничиться несколькими ложками или кусочками.

Обучение (плохому) с самого детства

Я думаю, что ассоциация между едой и самоуспокоением в какой-то степени определяется культурой. И реклама является частью культуры. Но не менее важную роль здесь играют родители.

Вы могли бы подумать, что у родителей и так достаточно причин для постоянного чувства вины (из-за которого некоторые из них устраивают тайные свидания с пончиками), но складывается такое впечатление, что многие взрослые, склонные к заеданию эмоций, научились этой модели самосаботажа ещё в детстве – на основе стиля питания, принятого в их семье.

Исследовали выяснили, что эмоциональное обжорство…

• является не генетическим, а выученным (на это указывают результаты исследования идентичных однояйцевых близнецов), и
• часто формируется в детстве – ребёнок учится этим моделям у взрослых и закрепляет их в своем сознании.

На самом деле ничего кардинально нового и шокирующего. Но складывается такое впечатление, что попытки унять эмоции лакомством (например, когда родители дают ребёнку мороженое после того, как он упал, или покупают ему торт, если он расстроен тем, что его не пригласили на день рождения, или какими-то другими способами пытаются заполнить калориями его эмоциональную пустоту) настраивают ребенка на использования еды в качестве источника утешения. Эта обусловленность закрепляется в его сознании, и он начинает есть для того чтобы почувствовать себя лучше.

И эта модель может настойчиво проявляться во взрослом возрасте.

Если мы свяжем заедание эмоций с неудовлетворенными эмоциональными потребностями, то мы увидим, что поглощение плохой и вредной еды может казаться способом заполнения этого пробела.

Железный Дровосек из "Волшебника страны Оз" был полым – то есть пустым. Он нуждался в любви, но для её обретения ему нужны были реальные переживания, наполняющие удовлетворением – а не просто заполняющие эту пустоту.

Давайте вспомним, что же необходимо каждому из нас. Общечеловеческие потребности включают:

• потребность во внимании и возможности уделять его другим людям
• потребность в ощущении безопасности и надёжности
• потребность в заботе о тесно связанной системе из тела и сознания
• потребность в смысле и значении, а также в наличии целей, к которым можно стремиться
• потребность в связанности с сообществом и возможности внести свой вклад в общее дело
• потребность в стимуляции и наличии сложных и интересных задачек, бросающих вызов нашей креативности
• потребность в близости
• потребность в наличии контроля
• потребность в ощущении статуса, признания, уважения и оценки по достоинству со стороны других людей

И любая из этих потребностей может быть скомпрометирована, когда мы пытаемся закрыть её такими способами, которые только кажутся решением проблемы, но не приносят реального удовлетворения.

Например, если человек начинает есть, когда ему скучно, возможно, на самом деле ему не хватает внимания и общения, или какого-то более масштабного смысла, либо в его жизни мало вызовов и креативной стимуляции.

Конечно же, мы можем отучиться от того, чему мы когда-то научились.

Некоторые клиенты заедают неприятные чувства так часто и так давно, что они уже забыли о том, как ощущается реальный голод – настоящая потребность в "дозаправке". И они также могли забыть о наличии подлинных способов удовлетворения тех потребностей, которые они пытаются закрыть с помощью обжорства.

Конечно же, нам стоит спросить клиента, не заедает ли он эмоции, и в какой степени еда превратилась в источник утешения – по его мнению. И мы можем узнать историю проявления этой модели. Это понятный и очевидный подход.

Но здесь я хочу предложить вам ещё несколько идей.

1. Забудьте о диетах и необходимости "избавляться" от лишнего веса

Диету можно сравнить с долиной в походе. Вы проходите через неё, но вы не собираетесь в ней жить. И это проблема.

Многие люди рассматривают диету как временный период трудностей и лишений.

На самом деле нам необходимо сформировать более здоровые привычки и вести здоровый образ жизни в общем и целом. Когда мы становимся более сильными и здоровыми, мы обретаем нашу истинную форму. Не стоит рассматривать этот процесс как избавление от чего-то или потерю чего-то.

В ходе работы с клиентами, желающими "сбросить вес", я не использую выражения, подразумевающие потерю. Я говорю с ними об обретении стройности – или их "истинной формы". Мы обсуждаем, как они могут освободиться и найти свой истинный путь – тот, который предназначен именно для них.

Чрезмерное потребление вкусной и аппетитной еды, вызывающей зависимость, никому не прибавит здоровья – каким бы ни был вес человека. Диета не поможет освободиться от тирании компульсии и обрести независимость. Но без этого освобождения мы не сможем в полной мере быть собой и проявлять свою истинную сущность.

И если клиент настаивает на обращении к диетам для "избавления от лишнего веса", в разговоре с ним мы можем сконцентрироваться на улучшении здоровья и физической формы с сопутствующим обретением большего контроля над собственным телом и сознанием.

Но нам необходима чуть более конкретная, специфичная проработка…

2. Найдите триггеры – и вы идентифицируете потребность

Большая часть нашей жизни может представлять собой отчаянные попытки отвлечься.

Мы можем заполнять своё время пустыми переживаниями в попытке почувствовать себя "полными". Но, если эти переживания не удовлетворяют нашу потребность в связанности с другими людьми, в наличии более масштабного смысла и целей, в близости, в стимуляции или в ощущении безопасности и надёжности, в итоге мы остаёмся "голодными".

Довольно часто триггером для заедания эмоций становится временное затишье в отвлекающем шуме повседневной жизни. Внезапно мы остаемся один на один с собственной пустотой. (Потому что мы не удовлетворяем собственные потребности, а не потому, что жизнь по своей сути бессмысленна. Не бойтесь, я не собираюсь надевать водолазку и декламировать мрачные декадентские стихи).

Мы отчаянно пытаемся заполнить эту пустоту чем только можем. И в нашей культуре мы можем сделать это с лёгкостью – нам доступно множество вредоносных способов, в том числе изобилие аддиктивно-вкусной еды.

"В каком-то смысле я чувствую себя пустым, поэтому я выберу самый леёгкий способ наполнения". Это было бы прекрасно, если бы это работало! Железного Дровосека можно было бы заполнить бетоном, но такой финал вряд ли кому-то понравится.

Один мой клиент – Михаил – работал целыми днями, зачастую без обеда, практически без перерывов. Он брал работу на дом и работал в выходные. И у него случился эмоциональных кризис. Поздно ночью, когда эта сумасшедшая карусель наконец-то останавливалась, он начинал пожирать сам себя.

Михаил не удовлетворял свои потребности в радости, веселье или близости. Он крутился, как белка в колесе, и этот бег казался бесконечным и бессмысленным. Он начал полнеть вплоть до ожирения.

Его триггер был ситуационным. Поздний вечер. День закончился, его больше ничто не отвлекало, и он оставался со смутным ощущением "Мне что-то нужно, но я не знаю, что!".

В других случаях стимулом для заедания эмоций становится непростой разговор, отторжение или несправедливое обращение.

Мы можем выявить эту модель, идентифицируя триггеры. И мы также можем отправиться на поиски реальных решений, которые действительно удовлетворят потребности клиента.

3. Удовлетворите реальные потребности клиента

Как сказал великий персидский поэт Руми: "Фальшивое золото существует только потому, что есть настоящее".

Выяснив, что именно провоцирует эмоциональное обжорство (это может быть страх, усталость, одиночество, отторжение, гнев или что угодно ещё), мы можем выявить реальную потребность, которая не получает удовлетворения в жизни клиента.

Эмоции – это сигналы, говорящие об успешном удовлетворении потребности (довольство, любовь, радость), либо о том, что какие-то потребности не закрыты (страх, гнев, отчаяние). Конечно же, сигналы могут пересекаться, но все же эмоции довольно точно указывают на то, чего не хватает в жизни человека.

Мы можем выявить потребность, упущенную из вида. Мы можем пробовать разные стратегии для прояснения реальных нужд клиента. И мы можем помочь ему в создании такой жизни, в которой он действительно удовлетворяет эти потребности. Всё это высасывает плоть и кровь из проблемной модели, якобы заполняющей пробел, и со временем она совершенно естественным образом растворяется, исчезая за ненадобностью.

Но, возможно, нам всё же придется бороться с укоренившейся привычкой.

4. Возродите чувство-триггер и переучите сознание клиента

На одном сеансе работы с Жанной я попросил её пошагово вспомнить процесс заедания эмоций. Я предложил ей возродить то чувство, которое она испытывала перед тем, как пойти к холодильнику и достать шоколадку. Она с лёгкостью получила доступ к чувству-триггеру, потому что она "практиковалась" во всём этом даже слишком часто.

Затем я провел гипнотическую репетицию, в ходе которой это желание съесть шоколадку сразу же сменялось сожалениями о том, что она её съела. Чувство-триггер, а потом – сразу же последующий дискомфорт.

Это совсем не то состояние, которое обычно ассоциируется с самым первым шагом. Но я, фигурально выражаясь, переношу этот кусок в другое место и ставлю его перед самим эпизодом – так, чтобы она могла прочувствовать ту точку, в которую её заведёт этот путь.

Эта гипнотическая техника называется "перестановкой" или "смешиванием". Мы перемешиваем этапы старой модели так, чтобы её уже нельзя было реализовать с такой лёгкостью (или в принципе).

Во время заедания эмоций или реализации какой-то другой аддиктивной модели с погружением в транс зависимости у большинства людей развивается временная амнезия – они забывают реальность последствий. Они не помнят, что они испытывают сразу после эпизода обжорства, азартных игр или злоупотребления алкоголем. Я хочу, чтобы эта реальность присутствовала в модели с самого первого шага.

Пока клиент наслаждается глубоким расслаблением, мы также можем провести гипнотическую репетицию реальности, в которой он "забыл" об эмоциональном обжорстве и вовлекается в более здоровые модели поведения. Здесь под "более здоровыми" понимаются такие модели, которые с большей долей вероятности удовлетворят реальные потребности клиента.

И, наконец, в ходе работы с заеданием эмоций мы можем использовать ту же методику, которую мы применяем с курильщиками. На самом деле она подходит клиентам с любыми компульсиями или проблемными эмоциональными моделями.

5. Примените экстернализацию и рефрейминг

Я уже писал об опасностях построения самоидентичности вокруг проблемного состояния. Если вы верите в то, что вы и есть проблема, вам может казаться, что её устранение станет чем-то вроде самоустранения. Именно поэтому некоторые курильщики приходят в ужас при одной мысли о том, что им, возможно, придётся бросить курить.

Конечно же, в разговоре с клиентом не стоит использовать такие фразы, как "вы – не ваша депрессия" или "анорексия – это не ваша сущность" - это клише и избитые банальности (хотя большая часть современных психиатров именно так и говорит). Мы можем передать это сообщение более тонким и неявным способом.

Когда модель становится незнакомой и непривычной, клиенту проще дистанцироваться от неё, отделяя её от своей сущности. И мы можем убрать "привычность" с помощью метафорического описания.

В наших онлайн курсах мы учим специалистов использованию параллелей. Вместо того, чтобы обсуждать с курильщиком "курение" (привычное и знакомое слово, с которым он себя ассоциирует), мы можем уподобить курение абьюзивным отношениям с неподобающим обращением и агрессией. И я бы не говорил о том, что клиенту нужно что-то "бросить" или "перестать" - я предпочитаю такие слова, как "уйти" и "освободиться".

Я говорю о том, что "оно попытается снова перехитрить вас и обманом заманить в свою ловушку", и о том, как он может "устоять перед ним", и о том, как "его голос станет очень слабым и жалким". Здесь я провожу экстернализацию проблемной модели, отделяя её от сущности клиента, и в то же время я пересматриваю её в ходе рефрейминга. Такой подход в корне отличается от фраз вида "У вас может проявиться симптомы синдрома отмены!" (с подтекстом: "и вам придётся как-то с ними бороться"). Я вынес проблемную модель вовне, за рамки личности. Я провел чёткую границу и представил курение как что-то отдельное.

Мы можем сделать то же самое с заеданием эмоций. В ходе работы я рассказываю о том, как "эта" (нездоровая еда) пытается обмануть и одурачить лживыми заверениями в том, что без неё клиент никак не обойдётся, и они неразрывно связаны.

Я называю всё это "манипуляцией", с помощью которой проблемная модель использует клиента в своих целях, когда он страдает от стресса и становится уязвимым.

Чем больше не-таких-уж-и-хороших качеств и привычек мы отбросим, тем более свободными мы станем.

И всё, что мы можем отбросить, в любом случае не было центральной частью нашей истинной сущности.