Коучи или терапевты

Сходства, различия и полезные знания, которые мы можем почерпнуть друг у друга 

Я никогда раньше не видел ничего подобного: Кирилл обладал невероятным даром – он как будто нутром чуял, что нужно очередному клиенту.

И так происходило не только потому, что он действительно умел слушать. Он также умел выдавать реакцию на информацию, которую он так активно впитывал и усваивал. Он не просто повторял слова клиентки подобно эху – он улавливал её чувства. И она явно чувствовала себя в безопасности рядом с ним и осознавала, что здесь её понимают на самом глубоком уровне.

Но этим всё не ограничивалось.

Кирилл умел идеально выбирать время. Зачастую терапевты слишком быстро переключаются на проблему и слишком сильно концентрируются на ней без предварительного налаживания необходимого взаимопонимания. Но Кирилл так не делал. От природы обладая развитой способностью к эмпатии и невероятной остротой восприятия, он на интуитивном уровне знал, как помочь клиентке сформулировать чёткие цели, и как совершенно естественным образом пересмотреть её вредоносные убеждения, не конфликтуя с ними, а расширяя контекст.

Он помог этой женщине расслабиться и всего за один сеанс придал ей сил и наделил её полномочиями, возродив и усилив её надежду на будущее.

После сеанса я поздравил Кирилла и сказал ему о том, что я был очень впечатлён. Он смущённо поднял на меня глаза, а потом произнес фразу, которая немного меня удивила.

"Но это был просто коучинг. Я – не терапевт!".

Конечно же, технически это было правдой. Это был первый сеанс, который Кирилл проводил сам в рамках обучения у нас на онлайн курсе "Тайны Эриксоновского гипноза". Он не был терапевтом, но у него был опыт работы лайф-коучем. Однако его слова действительно заставили меня задуматься.

Чем отличается коучинг от терапии?

Меня часто спрашивают, чем отличается коучинг от терапии? Да и вообще, есть ли здесь какая-то разница? 

В 2001 году проводилось исследование, в котором участвовали 30 профессионалов в области психического здоровья – от консультантов до коучей (и некоторые из них совмещали обе "должности"). Они ответили на 7 специфических вопросов, сконцентрированных на разных гранях и аспектах именно этого "основного" вопроса.

Различия между коучингом и терапией более или менее сводились к следующим моментам:

• Коучи больше концентрируются на карьере и персональных целях, тогда как терапевты настроены скорее на проработку депрессии и других расстройств психического здоровья.

• Терапевты и коучи используют разные техники.

• Коучи больше концентрируются на будущем, тогда как терапевты уделяют больше внимания прошлому (хотя здесь всё изменилось за 15 лет, прошедших с публикации отчёта об этом исследовании).

• Отношения, формирующиеся в процессе коучинга, можно назвать неформальными, тогда как у терапевтических отношений гораздо больше рамок и границ.

• Коучи обычно дают больше советов и инструкций, чем терапевты.

Некоторые практикующие специалисты считают, что терапия и коучинг во многом перекликаются. И, конечно же, на данный момент существует множество разных школ психотерапии и консультирования. Вам интересно, что я думаю по этому поводу?  

От плохого к хорошему и далее к замечательному  

Как правило, коучи отлично справляются с продвижением от хорошего к замечательному – это даже можно назвать устоявшейся традицией. Они работают с людьми, которые в общем и целом живут функциональной жизнью, помогая им повысить уровень продуктивности и в полной мере реализовать потенциал. Цели ясны и понятны, план составлен, и он реализуется постепенно и последовательно – шаг за шагом.

Но, если у клиента не всё так хорошо, коуч может направить его к терапевту. Возможно, в данном случае специалист не может справиться с эмоциональными проблемами клиента – какими бы ни были цели коучинга.

Специалисты, с которыми я общался, говорили о том, что терапевты более склонны рассматривать клиента сквозь призму медицинской модели. К примеру, Кириллу казалось, что терапевты в большей степени задаются вопросом "почему". Почему человек впал в депрессию? Почему у клиента развилась фобия или зависимость? Почему этот индивидуум так сильно тревожится? Коучи больше концентрируются на вопросе "как". Как может клиент уйти от проблемы и продвинуться вперёд в своей жизни?

Но я смотрю на это немного по-другому. Я думаю, что коучи находятся на отличных – даже можно сказать "на лучших" - позициях для того чтобы стать прекрасными психотерапевтами. Терапевты могут многому научиться у коучей, и коучи могут многому научиться у терапевтов. Но для этого нам нужно признать, что на самом деле различия между нами являются не настолько глобальными и кардинальными.

Обновление навыков и умений 

Многие терапевты обновляют свой арсенал навыков и умений, повышая степень концентрации на поиске решения проблемы – так, чтобы они не просто пытались выяснить, "почему" так произошло, но и помогали клиенту двигаться к ответу на вопрос "как", определяя, что именно ему нужно сделать для решения проблемы. Одного понимания первопричины далеко не всегда достаточно для позитивных изменений, улучшения здоровья и повышения уровня счастья в жизни.

Усиление концентрации на поиске решения проблемы и распространение практической психотерапии, которая обучает клиента навыкам и умениям, выходящим за рамки саморефлексии, стало следствием публикации результатов международного мета-анализа. Он проводился для выявления наилучших способов лечения клинической депрессии.

За 15 лет учёные проанализировали результаты 100 000 исследований, проводившихся по всему миру, и пришли к заключению о том, что практическая психотерапия - ограниченная во времени, ориентированная на поиск решения проблемы и сконцентрированная на достижении определённых целей – в лечении клинической депрессии оказывается куда более эффективной по сравнению с медикаментозным лечением, применяемым в изоляции.

Также выяснилось, что терапия, сконцентрированная на прошлом и ориентированная на получение полезных озарений (которая задаётся вопросом "почему", а не пытается выяснить, "как"), на самом деле противопоказана для лечения депрессии. Предположительно потому, что она может активизировать негативные навязчивые размышления, которые являются очень токсичными для депрессивных индивидуумов. 

Учимся друг у друга 

Я заметил, что консультанты всё чаще прибегают к "перекрёстному удобрению" своего арсенала навыков и умений. Я общался с психологами, изучающими техники развития осознанности, и с лайф-коучами, которые осваивали способы облегчения симптомов серьёзного ПТСР  – помогая людям уйти от плохого к хорошему и в итоге прийти к замечательному.

Многие терапевты только сейчас учатся концентрироваться на поиске решения проблемы и применять эффективные стратегии быстрого облегчения депрессии вместо того чтобы искать первопричину страданий клиента и рациональные основы развития его состояния. Но коучи уже используют проактивный подход в своей работе, помогая клиенту чувствовать себя куда более счастливым в настоящем и будущем. И мы как терапевты можем многому у них научиться, перенимая подобные подходы.

Я не говорю о том, что коучи не могут чему-то научиться у терапевтов. Большинство современных терапевтов вооружены ценными знаниями о… 

• Применении опроса, ориентированного на поиск решения проблемы и постановку четких и ясных целей (хотя у многих коучей это умение отлично развито) 

• Разговорном когнитивном рефрейминге, который органично вписывается в общение с клиентом 

• Быстром облегчении многих травм и фобий 

• Работе цикла депрессии и различных способах его разрушения 

• Эффективных способах преодоления зависимостей 

• Помощи клиентам в удовлетворении их базовых человеческих потребностей.

И основной вызов здесь заключается в следующем: эти умения нужно сочетать с внимательным слушанием, налаживанием взаимопонимания (и его сохранением) и демонстрацией эмпатии. Кирилл искусно сочетал все эти аспекты, и это получалось у него так легко и естественно. Именно это больше всего впечатлило меня в его работе.

И что же всё это значит? 

Вы не осознаёте, как вы хороши на самом деле 

Кирилл искал "свет в конце туннеля". Он исследовал ресурсы, имеющиеся у клиента. И такая манера работы была естественной и привычной для него, потому что его образование в области коучинга и консультирования вооружило его целым арсеналом средств для помощи людям в движении от плохого к хорошему и дальше до замечательного. Но, конечно же, природа щедро одарила его способностью к эмпатии, которая играла не последнюю роль. Он ярко её демонстрировал, выдавая живописную обратную связь на метафоры и смыслы клиента, с лёгкостью формируя и углубляя взаимопонимание.

После первого сеанса у него всё ещё присутствовало ощущение того, что он не способен "предоставлять терапию". Оно уже было не таким сильным, но всё же продолжало жить. В его сознании прочно закрепилась идея о том, что терапия должна быть чем-то священным и драгоценным, её нужно воспринимать всерьёз, и в ней нет места юмору – а в его сеансах было много совершенно естественного юмора.

Как и многие другие, он придерживался ограничивающих представлений о том, как должна – или может – выглядеть терапия. Но на самом деле терапия может (и на самом деле должна!) быть разнообразной: в какие-то моменты она может быть "грубоватой", в какие-то другие - директивной, а потом – исполненной заботы и чувствительности. Всё зависит от контекста, от типа клиента, от точки развития, в которой он находится в данный момент, от интуиции терапевта, а также от более формальных знаний и принципов, которыми он оперирует.

Поначалу Кирилл не осознавал, что его богатый арсенал знаний в области коучинга позволяет ему стать замечательным терапевтом. И он не понимал, каким хорошим терапевтом он уже был. И я думаю, что это непонимание присутствует в сознании многих других коучей. 

Фундамент из ценных знаний и природных умений отлично поддерживал его в практической работе.. В конце концов только счастье клиента и имеет значение.