Тематическое исследование: панические атаки и низкая самооценка как следствие насилия и жестокости в отношениях
Если у клиента присутствует целый комплекс различных проблем, в первую очередь нам стоит разобраться с симптомами, вызывающими максимальный дискомфорт
Её отец был найден на берегу моря утонувшим. Её бывший партнёр пытался её зарезать. И её терзали очень частые и мощные приступы паники.
Другие люди постоянно играли в какие-то игры и манипулировали ею с помощью хитроумных уловок. Они выжимали её досуха и вытирали об неё ноги, потому что она казалась идеальной жертвой.
Лариса думала лишь о том, как найти выход из этого лабиринта. Эмоциональный разлад достиг экстремальной степени – она до смерти устала от этих переживаний и хотела покончить со всем этим как можно скорее.
В сознании Ларисы был накрыт настоящий "шведский стол" с огромным ассортиментом разнообразных проблем. С чего же начать?
Наша жизнь крайне редко бывает понятной и упорядоченной, однозначной и имеющей чёткую структуру. И проблемы наших клиентов далеко не всегда имеют чёткие границы – они редко бывают настолько ясными и однозначными, какими мы (да и сами клиенты) хотели бы их видеть. Иногда мы можем работать с единственной травмой или фобией, но это скорее исключение из правил. Во многих случаях не так уж и просто определить, с чего нам начинать работу с тем или иным клиентом.
У меня (и, скорее всего, у вас) были клиенты с целым комплексом разных проблем, переполняющих их сознание. И при наличии такого сложного, многоуровневого – и озадачивающего – спектра задач нам нужно расставить приоритеты и "организовать" процесс так, чтобы мы могли как, можно быстрее приступить к работе.
И в этой статье я использую первый сеанс работы с Ларисой в качестве шаблона, иллюстрирующего то, что мне кажется полезным для организации работы с комплексом проблем. На этом примере я покажу, как мы можем расставить приоритеты, выбирая первостепенные цели, и найти стратегии, подходящие для их достижения.
Шаг первый: Сначала разбираемся с худшими моментами
В последние два года панические атаки врывались в жизнь Ларисы в те моменты, когда она меньше всего этого ожидала – даже в ситуации, подразумевающих расслабление. Но приступы паники не появились из ниоткуда.
Я спросил Ларису, что произошло в её жизни два года назад, и она рассказала о неподобающем обращении, при котором её откровенно использовали.
Панические атаки начались после разрыва нездоровых отношений, подразумевающих жестокость и насилие. Бывший партнёр откровенно доминировал и всячески подавлял Ларису Складывалось такое впечатление, что её панические атаки стали результатом того, что она ощущала себя жертвой манипуляции и доминирования. Но здесь присутствовал сценарий вида "курица или яйцо". К тому же Лариса играла роль "матери-опекуна" с момента гибели её отца, который был найден утонувшим.
Несмотря на то, что на данный момент Лариса состояла в здоровых и счастливых отношениях (как она сама их охарактеризовала), в других сферах её продолжали контролировать люди, склонные к доминированию. То есть здесь было очень много моментов, нуждающихся в проработке.
Но что же мне делать? Помочь Ларисе стать более убедительной и научить её устанавливать чёткие границы? Или мне нужно проработать её панические атаки напрямую, научив её контролировать эти проявления, и только потом начать работу над повышением её самооценки?
Сдвиньте то, что можете, и наблюдайте за проявлением "эффекта ряби" (или "эффекта домино" - как вам больше нравится)
Манера работы, при которой мы сначала разбираемся с "симптомом" (в данном случае – с паническими атаками), и уже потом прорабатываем причину их появления (долгая история неподобающего обращения), считается искусственной и надуманной, и такого мнения придерживаются многие специалисты. Но, если вы спросите, что я думаю по этому поводу, я скажу следующее: когда клиент просит у нас помощи, мы обязаны вернуть ему ощущение комфорта так быстро, как это возможно.
Когда клиент просит у нас помощи, наша первостепенная обязанность – как можно быстрее вернуть ему ощущение комфорта.
Стоматолог не станет вырывать зуб, не поставив обезболивающий укол, и точно так же мы не должны "выдёргивать" причину, лежащую в основе проблемы, не облегчив душевные страдания клиента, причиняющие ему боль в данный момент. Итак, целью первого сеанса было "выключение" изматывающих панических атак, причиняющих Ларисе боль и страдания. И я сделал эту задачу приоритетной, потому что…
Она считала, что именно панические атаки были наихудшей частью её жизни в данный момент. Я должен был проявить уважение к её мнению и помочь ей в решении этой проблемы.
В ходе решения этой задачи я в каком-то смысле учил её противостоять "травле и запугиванию" паники и устанавливать чёткие границы для тревожности – так, чтобы она не превращалась в агонию. И этот процесс во многом напоминает развитие большей убедительности и уверенности в отношениях с другими людьми. На самом деле эти модели очень похожи.
Научившись останавливать панические атаки, Лариса почувствует в себе больше силы и уверенности, в общем и целом.
Предположение о том, что лечение симптомов представляет собой искусственный и надуманный - так сказать, "притянутый за уши" - подход, само по себе является искусственным и надуманным. Зачастую устранение "симптома", проявляющегося на эмоциональном уровне, влечёт за собой совершенно естественное исчезновение его "причины".
Пока я собирал информацию, проводя опрос, нацеленный на поиск решения проблемы, я довольно быстро выяснил, что самооценка Ларисы является довольно низкой. На этом этапе она пока что не способна просить о том, что ей действительно нужно. Она пришла за помощью в преодолении панических атак, и именно с ними я решил работать на первом сеансе. После решения самой выматывающей проблемы, доставляющей больше всего душевных страданий, мы могли перейти к проработке более глубоких проблем – в случае Ларисы это было общее ощущение собственной ничтожности.
Мне показалось, что паника Ларисы произрастает из её отношений – прошлых и настоящих. И если она обретёт контроль над паникой, она окажется на более выгодных позициях, на которых она сможет лучше устанавливать личные границы и просить о том, в чем она действительно нуждается в этих отношениях. И все эти моменты мы проработали на втором сеансе.
"В первую очередь разбираемся с наихудшей проблемой" — это просто замечательный принцип, и он действительно работает. Но нашей целью должно стать то, что сам клиент считает наихудшей частью своей повседневной жизни. И для того чтобы выявить эту проблему, нам нужно задавать ему правильные вопросы…
Шаг второй: Что бы вы хотели изменить прямо сегодня?
Я часто спрашиваю клиентов о том, что они хотели бы изменить прямо сейчас. С чем я могу помочь им уже сегодня? В каком аспекте они нуждаются в немедленной помощи? Что причиняет им больше всего боли в данный момент? Клиент может ставить перед собой любые долгосрочные цели, но, если сейчас он не может спать, каждый день переживает приступы паники, причиняет вред самому себе или постоянно думает о самоубийстве, в первую очередь нам нужно решить эти проблемы. Именно они должны стать нашим приоритетом.
И вот как мы можем выявить проблему, которая кажется наихудшей в данный момент:
"Прямо сейчас в вашей жизни происходит так много разных вещей [перевожу: "я немного запутался в этом комплексе разнообразных проблем, но я пытаюсь привести свои мысли в порядок!"]. Как вы думаете, что нам стоит проработать в первую очередь?".
"Если бы вы могли получить только одно полезное преимущество от этого сеанса, каким оно могло бы быть?".
"Каким мог бы быть наилучший исход, который вы увидите, когда вспомните этот сеанс через несколько дней?".
На удивление много клиентов приходит к нам с подсознательной верой в то, что единственный сеанс чудом решит абсолютно все их проблемы. Как будто терапевт взмахнёт волшебной палочкой, и все эти трудности уйдут, он найдёт свою любовь, а его жизнь станет счастливой и просто замечательной – и останется такой навсегда.
Но если в сознании клиента присутствует мощная эмоциональная обусловленность, или он не может в полной мере удовлетворять свои базовые эмоциональные потребности в повседневной жизни, нам, возможно, придётся прорабатывать эти моменты на протяжении нескольких – или многих – сеансов. В этом посте я поделюсь с вами некоторыми идеями по поводу того, как мы можем "докопаться до корня" проблемы клиента.
Вы можете попросить клиента представить себе лестничный пролёт и предположить, что он может подниматься по этим ступенькам довольно быстро – но в любом случае он будет делать один шаг за один раз. И ему нужно понимать, что мы не можем подняться по этой лестнице за него. Для того чтобы подняться наверх, клиенту нужно работать вместе с нами, а нам нужно помочь ему в организации этой работы.
На втором сеансе работы с Ларисой я помог ей разобраться с ужасными воспоминаниями о травле в школе много лет назад. Сопутствующая тревога и прочие негативные эмоции были тесно связаны с переживаниями, которые она испытывает даже сейчас, во взрослой жизни – в те моменты, когда она становится объектом манипуляции и не может постоять за себя. В таких ситуациях она буквально "лишается голоса" и чувствует себя подавленной и униженной.
Но я не останавливался на воспоминаниях о том, как её отец был найден утонувшим, и о том, как её пытался зарезать бывший партнёр. Почему?
Шаг третий: Отбросьте собственные предположения и позвольте клиенту управлять процессом
Я спросил Ларису какие чувства вызывает у неё воспоминание о том инциденте с ножом. Может быть, оно до сих пор причиняет ей боль? Нет. И отсутствие подобных реакций явно и очевидно указывало на то, что её сознание уже переработало это воспоминание. И то же самое произошло с воспоминанием о смерти её отца. Наше сознание предназначено для де-травматизации воспоминаний – оно и должно устранять их травмирующий эффект. Этот процесс происходит совершенно естественным образом. В большинстве случаев травмирующее воздействие со временем сходит на нет само собой, без внешнего вмешательства. Но если психологическая травма все ещё присутствует, мы можем выявить её и проработать с помощью специальных техник.
Лариса сказала, что те воспоминания остались в прошлом, они больше не имеют особого значения лично для неё. И я ей поверил. Но некоторые другие воспоминания явно и очевидно имели значение, и на последующих сеансах мы разбирались именно с ними.
Итак, на первом сеансе работы с Ларисой я…
Провёл рефрейминг панических атак для того чтобы Лариса могла убрать их из ощущения собственной идентичности. В ходе рефрейминга я также предположил, что она уже "переросла" низкую самооценку, и именно поэтому сопутствующие чувства и убеждения доставляли ей такой дискомфорт. Она представляет собой нечто большее, чем это устаревшее и более неактуальное чувство. Она "выросла" и вышла за рамки этого ощущения, и низкая самооценка больше не соответствует её истинной сущности.
Продемонстрировал, как именно она может обрести контроль над паникой и "выключить" её, и дал ей возможность попрактиковаться в использовании этих стратегий на сеансе.
Помог ей возродить и усилить надежду на будущее. Уже на первом сеансе Ларисе удалось устранить панику и оставить её позади, и на последующих сеансах мы поработали над ее самооценкой и повышением уровня её социальной уверенности.
Подведём итоги
Резюмируя вышеизложенное, можно сформулировать следующие принципы работы с клиентами, которые страдают от целого комплекса разнообразных проблем:
Прежде всего нам нужно выявить наихудшую проблему и разобраться с ней так быстро, как это возможно. Это могут быть экстремальные и даже чрезвычайные проявления эмоций, которые нуждаются в первоочередной проработке, или какая-то проблема, которую сам клиент считает наихудшей частью своей жизни на данный момент. "Что причиняет вам больше всего боли прямо сейчас?" - этот вопрос должны задавать не только медсестры из "медицины катастроф", но и "доктора души". Он должен входить в арсенал любого психотерапевта, консультанта или коуча.
Помогите клиенту разработать стратегию решения проблем или хронологический путь к поставленным целям (на этом этапе мы уже должны были выяснить, чего он хочет). Эмоциональные расстройства – особенно депрессия – негативно влияют на мышление, лишая его ясности, и вашему клиенту может быть весьма непросто использовать стратегический подход. И вам нужно помочь ему в организации терапевтического процесса.
Конечно же, в некоторых случаях мы используем не только хронологический подход, но и целый ряд других вмешательств, которые переплетаются и дополняют друг друга. И после облегчения и устранения одной проблемы другие аспекты ситуации могут спонтанно измениться к лучшему. Так проявляется замечательный "эффект ряби" - или "эффект домино", если вам больше нравится эта аналогия.
Например, после остановки панических атак повышение общего уровня спокойствия позитивно сказывается на качестве сна. Хороший сон улучшает общее самочувствие… и этот эффект распространяется дальше подобно ряби на поверхности воды. Рассказывая об этом клиенту, вы настраиваете его определённым образом, закрепляя в его сознании позитивную установку.
Современная история Золушки
На самом первом сеансе я задал Ларисе "магический чудо-вопрос". И она рассказала мне не только о том, что больше всего на свете она хочет избавиться от панических атак, но и о том, чего она НЕ хочет: ей больше не хотелось тратить так много времени на попытки угодить другим людям с мотивацией "если ты будешь милой, тебя не отругают". С Ларисой было очень приятно работать – просто идеальная клиентка!
Знаете ли, история Золушки – это не просто сказка формата "давайте сделаем вид". В архетипичных историях больше истины, чем мы осознаем и когда-либо осознаем. Как это ни прискорбно, миллионы женщин – да и мужчин тоже – надевают костюм приниженной служанки, которая годится только на то, чтобы раздавать ей указания, смотреть на неё сверху вниз, подгонять её и всячески её травить и унижать.
И в некоторых случаях все, что нам нужно – это некоторая помощь, благодаря которой мы сможем попасть на бал и завладеть тем, что принадлежит нам по праву и всегда было нашим.
